Жена. Джемпер. Не для себя, так…
Муж (насторожившись). А?
Жена. На фронт пошлем.
Муж (сардонически). Ага!! (Зашагал по комнате, подошел к Жене, пристально смотрит на нее.) Кому?
Жена. Что – кому?
Муж. Джемпер, который по моей промтоварной карточке? Лейтенанту Мигунову?
Жена. Да.
Муж (снова шагает по комнате и снова останавливается перед Женой). Анна! Я все знаю.
Жена. Что?
Муж указывает на чемодан.
Жена. Ах, вот оно – ты читал мои письма?!
Муж. Я всю жизнь, я тридцать лет, как дурак, читал твои письма.
Жена. Ну конечно. Это были письма от тетушек, от крестного, а эти…
Муж. О да, сударыня, письма ваших любовников я до сих пор не имел удовольствия читать.
Жена. Козлик! Да что с тобой? Что это за театр?
Муж (кричит). Какой я вам Козлик!!
Жена. Ну конечно, Козлик.
Муж. Был Козлик, а теперь…
Жена. А теперь?
Муж. Козлов Сергей Николаевич!
Жена (садится). Ну, так вот, Козлов Сергей Николаевич. Давайте кричать не будем. Мне и без того… с этими письмами…
Муж. Скажите – «и без того»! Я требую ответить мне: эти письма адресованы вам?
Жена. Мне.
Муж. И вам не совестно?
Жена. Немножко.
Муж. Анна, да что с тобой?! Неужели ты всегда была такая?
Жена. Да, пожалуй, я всегда была такая…
Муж (бессильно опускается на стул). Боже мой… Тридцать лет… Изо дня в день… Рука об руку… (вскакивает, бегает по комнате.) Нет, ведь надо же! А?! Какой позор! Какой стыд! Этакая, прости господи, мымра, на которую и глядеть-то… и на тебе, тоже – хахаля завела! Ну и времечко!
Жена, положив голову на спинку стула, тихо плачет.
Муж. Ага! Все-таки совестно, значит?