Выжить в битве за Ржев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Ловец…» — мысленно произнес Громов. — «Где он теперь? Вернется ли?»

Когда они взобрались на горку, снайпера нигде не было. Только пожар, трупы немцев и подорванная техника. Потому чувство благодарности в душе лейтенанта боролось с настороженностью и даже с легкой обидой. Этот человек ворвался в его роту, словно ураган, перевернув весь заведенный порядок с ног на голову. Он не побоялся сказать горькую правду, которую Громов и сам, разумеется, прекрасно знал, но не хотел признать.

И снайпер оказался прав. Он спас роту от гибели в первом же бою, а потом обеспечил выполнение приказа и вот этот последний успех, на который в роте никто не надеялся, и которого вообще никто не ожидал еще несколько часов назад. Этот Ловец делал то, что было нужно, а не то, что приказано начальством. Он проявлял собственную инициативу, не боясь брать всю ответственность на себя. И это работало!

«Но кто он такой? — мучил себя вопросом Громов. — Парашютист? Диверсант из ОСНАЗа? Снайпер особого резерва? Или… все-таки какой-то шпион, как подозревает политрук Синявский?» Последняя мысль была самой страшной. Но, если он шпион, то зачем было спасать роту, обреченную на гибель, рисковать собой, громить штаб немцев, обеспечивая деморализацию врагов, удерживавших высоту? Нет, не похоже ни на какого шпиона. Его действия были слишком эффективны и слишком опасны для него самого, чтобы быть игрой. Он воевал и не щадил врагов по-настоящему.

— Товарищ лейтенант, связь! — Ординарец, паренек по фамилии Витюк, подал трубку полевого телефона.

Связисты наконец-то протянули линию на новое место от старого КП, и Громов взял трубку, сказав в нее:

— «Василек» на проводе!

— «Василек», я «Дубрава», доложи обстановку! — в трубке послышался знакомый хриплый бас майора Соколова, их комбата, который, как ни странно, уцелел при разгроме прежнего батальонного КП неожиданно прорвавшимися немцами.

Громов кратко изложил:

— Взята высота 87.4. Остатки немецкого батальона отброшены на полтора километра к западу. Потери минимальные. Захвачены трофеи. Исправными взяты: три пулемета, два миномета, зенитное орудие, две полевых пушки, два грузовика, одна штабная автомашина, склад с боеприпасами, радиостанция и штабные документы.

Глава 5

О своем новом помощнике-снайпере Громов не хотел сходу докладывать комбату, но пришлось.

— Молодец, «Василек», сделал невозможное, — в голосе майора прозвучало неподдельное удивление. — Но только не темни! Как тебе удалось? Ты же только вчера полдня мне канючил, жаловался, что в роте сорок человек осталось с одним «Максимом», артогня нет, а немец кроет так, что головы не поднять. И тут на тебе: меньше, чем за сутки не только деревню взял, но и дальше продвинулся, высотку занял! Да ты там какие-то чудеса вытворяешь! С чего вдруг? Откуда такая храбрость на грани безумия?

И Громов рассказал про снайпера. В трубке повисло молчание. Потом майор, явно удивленный еще больше, проговорил:

— Хм, а почему ты сразу не доложил о его появлении?

— Так ведь связи не было… — пробормотал Громов, оправдываясь.

Снова повисла пауза, потом майор произнес:

— Позывной «Ловец» у него, значит, и с музыкантом себя сравнивает? Ладно, разберемся, что за тип. Ты вот что, держись там. Укрепляйся на этой высотке. Срочно высылаю к тебе подкрепление.

— А артиллерией поддержите, если немцы на танках попрут? — осмелел лейтенант.

Но, майор сказал:

— Ты же мне доложил только что о захвате немецких пушек и склада боеприпасов. Да еще и снайпер этот «из особого резерва» у тебя неожиданно появился. Вот и используй пока. Действуй там, не проспи контратаку фрицев. Жди подкрепления.

Майор прервал связь. Громов положил трубку. «Держись!» — это был не приказ, а констатация факта. Ничего, кроме его измотанной роты, здесь, на рубеже, не было. Соседей из других частей, которые должны находиться справа и слева, он давно не видел и не слышал. А обещанное подкрепление, если и придет, то, наверное, как всегда, не скоро. Да и будет, как обычно, немногочисленным, ведь в два последних раза присылали на подмогу всего одно отделение… Между тем, немцы соберутся с силами быстро и могут прорваться в обход. Они это умеют. Лейтенант снова подумал о Ловце. Тот говорил о необходимости активных действий, о том, что пассивная оборона — это смерть. Может, он прав? Но, как же активно воевать с остатками роты против целого немецкого батальона?

— Товарищ лейтенант, — тихо позвал его сержант Кузнецов, подходя с другой стороны окопа.

Лицо сержанта было серьезным, в глазах застыла тревожность, когда он сказал:

— Ловец вернулся. Он под обрывом, за выгоревшим склоном, внутри блиндажа. Просит вас, чтобы переговорить.

— Один? — поинтересовался ротный.

— Один. Усталый, но целый, — подтвердил сержант.

Громов кивнул и, пригнувшись, двинулся вдоль траншеи, обходя все еще тлеющий участок леса на склоне. Комиссар Синявский, стоявший неподалеку и беседовавший с комсоргом роты сержантом Синельниковым, заметил это движение. Его взгляд стал прищуренным, цепким. Он что-то сказал Синельникову и неспешно пошел следом за Громовым, держась, правда, на почтительном расстоянии. Кадровый военный и бывший заводской литейщик не очень-то ладили между собой.

Ловец сидел на катушках с проводом в блиндаже, устроенном на обратном скате высоты, используемом под склад и мастерскую немецкими связистами. Он снял свой необычный маскхалат, снял и бронежилет, под которым оказалась странная камуфляжная куртка без знаков различия с высоким горлом. Его винтовка стояла прислоненной к стене, стволом вверх. Он чистил оптику прицела кусочком специальной салфетки, движения его были медленными, усталыми, но точными. Рядом с ним, выбрасывая выхлоп наружу через трубу, выходящую наверх сквозь крышу блиндажа, тарахтел трофейный бензиновый генератор немецких связистов «DKW-C1», вырабатывая электричество, которое освещало помещение без окон единственной тусклой электрической лампочкой. Но, помимо нее, к генератору проводами были подключены и разнообразные устройства, используемые снайпером. Увидев Громова, он не встал, лишь кивнул ротному.

— Рад, что ты жив и вроде бы цел, — констатировал лейтенант, останавливаясь в проеме входа.