Вместе с Мирой мы поплелись к шаманке. Дверь оказалась открытой — в мире драгархов было не принято закрываться на замок. Зашли внутрь — и застыли на пороге.
Сэйндара сидела на полу, тяжело привалившись к стене. Лицо было бледным, осунувшимся — настолько, что я не сразу поняла, жива она или мертва. Бросилась к шаманке — к счастью, она дышала.
— Великий Аругар, — прошептала Мира. — Ты была права...
— Что с ней, ты знаешь? — повернулась я к деве.
Но она испуганно мотнула головой.
Мы тормошили её до тех пор, пока бедняжка не отреагировала. Тяжело закатила глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Горло свело судорогой — она даже не могла говорить. Кожа была холодной и липкой, а под глазами залегли темные, болезненные тени. Похоже, это не просто обморок.
— Смотри, Верия! — Мира подёргала меня за руку.
Оглянувшись, я увидела, что рядом на низком столике стояла каменная чаша, наполненная какой-то чёрной, густой жидкостью, и куча смятых трав. Видно, Сэйндара проводила какой-то ритуал.
В этот момент во мне что-то перещёлкнуло. Внутри откуда-то появилось понимание, как действовать дальше. Будто озарение снизошло. Я просто знала, что делать. Согреть её. Дать сладкое. Не дать угаснуть.
Я схватила тёплое одеяло с лежанки, быстро завернула в него шаманку, а затем начала лихорадочно искать что-то сладкое. Нашла на полке банку с мёдом, смешала его с водой в кружке, приподняла Сэйндару и аккуратно влила ей сладкий сироп в рот.
Через мгновение шаманка судорожно сглотнула и глубоко вдохнула. Она моргнула, её губы едва заметно зашевелились.
— Воды… — прохрипела она слабым голосом. — И кведа… На полке…
Мира принесла воды, а затем мы начали искать загадочное средство. Этим «кведом» оказались сухие, остро пахнущие листья. Когда Сэйндара пожевала сухие листья и проглотила их, её дыхание стало глубже и ровнее. Розовый оттенок начал возвращаться к её бледным губам.
Облегчение накатило на меня сладкой волной. Я прислонилась к стене, чувствуя, как начинают дрожать колени. Сползла на пол и уселась рядом.
— Спасибо, — прошептала Сэйндара, глядя на меня с такой пронзительной благодарностью, что у меня защипало в глазах. — Ты… не представляешь, как вовремя.
Я ободряюще улыбнулась.
Странно, что она говорила только со мной, хотя мы пришли вместе с Мирой.
— Что случилось?
— Я знала, что-то идёт не так, — потянула шаманка. — Тьма нависла над тиархоном, да такая густая, что даже духи молчали. Такое бывает, когда приходит тёмная магия — слишком сильная, чтобы её одолеть. Я провела один ритуал, чтобы призвать помощь духов для Туманной Гряды. Знала, что это опасно…
Сэйндара замолчала и медленно закрыла глаза.
— Духи откликнулись на этот раз, — выдохнула она. — Но цена…
У меня всё внутри похолодело.
Глава 53
Дарион
Когда я примчался, трое гардов были уже мертвы. Лионел и ещё один воин отчаянно бились, но игмархи накатывали поток за потоком. Казалось, им не будет конца. Такого огромного скопища я раньше не видел. Пока мы рубили тварей, другие расползались дальше.
Целую вечность — а может, совсем недолго — мне казалось, что нам их не одолеть. Но тут явилось пополнение. Драгархи и гарды, которые были в окрестностях замка, пришли все до единого. Вместе мы справились, хотя это заняло время.
Воины долго зачищали пещеры, пока маги закрывали брешь. Потом проверяли замок на проникнувших игмархов. Никого не нашли — и к ночи выдохнули с облегчением.
Я распорядился к завтрашнему утру подготовить погребение десяти воинов. Десять ушедших в послежизнь — это слишком дорогая цена за спокойную жизнь в замке. Особенно в праздник Первых Крыльев, который сулил нам лишь радость. Но если бы не Верия, потери были бы больше.
Возможно, замок превратился бы в склеп.
Очищая пещеры от следов нападения, я никак не мог избавиться от подозрений. Завтра люди обязаны заплатить нам долги. Верия получит развод, а фиандийцы вернут нам третью клеть. Сегодняшнее нападение оказалось слишком своевременным, чтобы быть случайным. Все факты, которые мне удалось собрать через вернувшегося на днях Тимиана, лишь подтверждали мои выводы.