Стайки светящихся существ кружили под потолком. Лёгкие, невесомые, они оставляли за собой цветные хвосты, похожие на росчерки яркой кисти. Порхали, звенели тонким хрустальным перезвоном и чем-то напоминали светлячков.
— Фэр-уш, — сказал Дарион. — Это самые древние жители Туманной Гряды. Говорят, они старше первородных драгархов.
Внезапно один из фэр-уш — крошечная золотистая искра — снизился, завис над моим плечом… и мягко коснулся кожи. По телу пробежало тепло — приятное, ласковое, будто солнечный луч в летний день. Я замерла, боясь спугнуть светлячка. Тепло разлилось дальше, скользнуло к рёбрам, к груди… и к царапине на руке.
Я дёрнулась от удивления.
— Они… — растерянно выдохнула, — исцеляют?
— Не всех, — подтвердил Дарион, с интересом наблюдая, как на меня продолжают опускаться искорки, одна за другой. — Только тех, кого признают за своих. А таких можно сосчитать по пальцам.
Я не удержалась — подняла руку, и ещё один светлячок, аккуратно щёлкнув крылышками, коснулся моей ладони. Зрение прояснилось, сердце замедлило бег.
Мир будто стал громче и ярче вспыхнул красками.
— Невероятно… — прошептала я.
— Я надеялся, что они признают тебя. После занятий с Лиеной тебе точно пригодится их дар исцеления.
Не знаю, сколько я простояла, млея от восторга, пока искорки одна за другой садились на мою кожу. Однако я напомнила себе про своё видение — и это помогло мне вырваться из оцепенения.
Впрочем, время было потрачено не зря.
Я чувствовала себя посвежевшей, бодрой и готовой горы свернуть.
Мы вышли из голубого зала, и совсем недолго брели, прежде чем свет постепенно сменился тёплым янтарным оттенком. Стены очередной пещеры вспыхнули в свете факела ровным золотым светом, будто их покрывал расплавленный слой солнечного металла.
Пол был золотой. Потолок — золотой.
Я невольно ахнула. Видимо, мы заблудились и попали в пещеру к царю Мидасу, — пронеслось в голове.
— Это… твоя кладовая?
— Нет, — усмехнулся Дарион. — Это просто золотая пещера
— Просто пещера…?
Стало дурно от величия этого «просто», и мой проводник поспешил умерить мой восторг:
— Маги уверяют, что толщина золота тут небольшая. Примерно с локоть.
— Но откуда здесь вообще золото?
— Говорят, это гнев тиарха, узнавшего об измене жены. Он пришёл в свою сокровищницу, так любимую женой, и расплавил всё золото, до единой монеты.
— Что стало с женой после измены?
— Согласно легенде, он её казнил, — пожал плечами.
— А любовник?
— Он тоже прожил недолго.
Меня вдруг кольнула неприятная догадка. Если кто-то придёт сюда отковыривать золото… Точнее, отбивать его кусками… Это может вызвать обвал, а с обвалом открыть новые ходы для игмархов.
— Пожалуйста, поставь сюда стражу, — повернулась к тиарху. — Хотя бы до Дня Первых Крыльев.
— В этом нет необходимости. Драгархи никогда не тронут золотую пещеру. Нарушить целостность горы — значит призвать её гнев. Никто не рискнёт.