Чья-то рука хватает меня за плечо и останавливает. Я поворачиваюсь лицом к её отцу.
— Спасибо, — он вздыхает. — За то, что заботился о ней, — отпустив меня, он отступает на шаг. — Когда она сказала мне, что ты и она… — он прочищает горло. — Я подумал…
— Я знаю, что ты подумал, — перебиваю его и понижаю голос. — Просто знай, что был неправ.
Просыпаюсь с сильной головной болью. Мои глаза чувствительны к солнечному свету, льющемуся сквозь панорамные окна. Я стону, зарываясь лицом в подушку.
— Вот. Возьми это, — слышу голос Титана, стоящего рядом с кроватью.
Поднимаю голову и, приоткрыв глаза, вижу, что он стоит там с двумя таблетками аспирина в одной руке и бутылкой воды в другой.
Я сажусь и беру их у него.
— Чёрт, — отправляю их в рот и запиваю водой. — Ты не поверишь, что за сон приснился мне прошлой ночью.
— Попробуй, — он скрещивает руки на груди и смотрит на меня сверху вниз.
Хмурюсь.
— Мы поссорились, когда я отключилась?
Он не отвечает, и я вздыхаю.
— Послушай, я хотела прогуляться. Не собираюсь извиняться за то, что пошла в клуб со своими девочками.
— Это не то, что меня бесит, — заявляет он. — Это то, с кем ты там столкнулась.
Я хмурюсь, пытаясь вспомнить, что…
— О. Джош? — спрашиваю, и его брови поднимаются до линии роста волос. — Хейвен познакомилась с ним, когда приезжала навестить меня в Чикаго. Когда мы решили куда-нибудь сходить, она увидела, что он приехал в город на выходные, работал в «Семи смертных грехах» здесь, в Нью-Йорке. У нас никогда не было ничего серьезного. Мы были просто друзьями, которые трахались.
— Похоже, для тебя это обычное дело.
Моя челюсть сжимается от его слов.
— Эй, это не…
— Справедливо? — перебивает он меня.
Я сбрасываю одеяло.
— Пошел ты, Титан, — рычу, вставая с кровати.
Оборачиваю вокруг себя полотенце, которое лежало на стуле, и рывком открываю дверь спальни. Замираю, когда вижу Боунса и Луку, сидящих за кухонным столом с Хейвен и Жасмин. Найт стоит позади, а рядом с ним мужчина.
— Папа? — дышу.
— Привет, милая, — мягко говорит он, ставя на стол свою чашку кофе.
Я застываю на месте.
— Это же был сон, — шепчу.
— Нет, это не так, — он подходит ближе ко мне.
— Ты жив? — выдыхаю, и слезы застилают мне глаза.