У меня перехватило дыхание. Коул замер, и в его взгляде я увидел тот же ужас, что, вероятно, был и на моём лице.
Стерилизовать столешницу? Чёрт. Миле нужна была больница, и всё же она отказывалась.
Но ослушаться Виллу мы не решились. Я подавил все вопросы и принялся с братом мыть и дезинфицировать кухонный остров. Когда-то здесь стоял маленький столик и стулья, но пару лет назад я переделал всё, чтобы увеличить пространство для готовки. Гранитная поверхность придавала кухне немного уюта и современности.
Коул убрал доску и тарелки, а я достал из-под мойки дезинфицирующие салфетки. Через несколько минут всё было чисто и стерильно.
Вилла ввела Милу, обняв за поясницу.
— Нужно вправить плечо, — объяснила она спокойно, но жёстко. — Мы уложим её на живот, так, чтобы левая рука и плечо свисали с края. Так будет легче вернуть сустав на место. Мне понадобится ваша помощь.
Я не стал колебаться — подтащил стул, подал Миле руку, помог ей забраться и лечь на прохладную столешницу.
— Коул, встань у ног, держи — она может дёрнуться. Джуд, стой справа, удерживай её, следи, чтобы плечо не сместилось.
Мила легла лицом вниз, голова повернута в мою сторону. Лицо бледное, но взгляд — решительный.
— Ты уверена? — тихо спросил я, осторожно положив руку ей на правую лопатку.
Она кивнула.
— Да. Спасибо, что помогаешь.
Через тонкую, запачканную ткань я ощущал тепло её кожи. Она потянулась и нашла мою руку — я вложил ладонь в её и сжал пальцы.
— Сейчас, — начала Вилла, — я надавлю на сустав. Гравитация и давление должны вернуть его на место. Буду делать всё медленно, чтобы не повредить связки. Но будет больно.
Мила шумно втянула воздух.
— Готова.
— В идеале это надо делать под наркозом. В больнице.
— Я в порядке, доктор, — сквозь зубы выдохнула она. — Просто сделай это.
Голос был твёрдым, но рука дрожала. Я переплёл пальцы с её, пытаясь дать хоть немного опоры.
— Готовы? — спросила Вилла, глядя на нас с Коулом и на Милу.
Когда мы все кивнули, она нащупала плечо и надавила.
Мила закричала и у меня внутри всё похолодело. Хотелось сорвать её с этого проклятого стола и унести подальше. Мысль о том, что ей больно, рвала меня изнутри.
— Ещё чуть-чуть, — сказала Вилла, тянула за руку, одновременно надавливая на плечо. — Всё. Встало на место. Я почувствовала щелчок.
Мила плакала, всё её тело трясло от рыданий.
Чёрт. Я водил рукой по её спине, пытаясь хоть чем-то помочь, всё ещё держал её за руку.
— Коул, помоги мне её спустить. Джуд, принеси чистую наволочку, — попросила Вилла, положив ладонь на спину Миле. — Ты молодец. Теперь я сделаю повязку. Нужно будет время, чтобы всё зажило.
Я выскочил из кухни и тут же вернулся с наволочкой, протянул её Вилле.
Она молча взяла её, разрезала ножницами на треугольники, сложила и завязала.
Я никогда раньше не видел её такой. Для меня она была просто женой моего младшего брата. Другом. А тут — мастер своего дела, творившая чудеса с одним только кухонным столом и куском ткани.
— У тебя шок, — объяснила она Миле. — Самое важное сейчас — это отдых. Мы можем отвезти тебя, куда скажешь.