Мне оказалось куда труднее держаться от него подальше, чем я думала. Но я дала себе обещание: когда всё закончится, когда Хьюго поправится, я найду его.
С каждым днём становилось всё труднее соблюдать это обещание. Жизнь не была простой и аккуратной. Она была грязной и хаотичной.
И потому, не имея других вариантов, я свернула на уединённую горную дорогу, ведущую к его дому.
У меня была информация, которая могла ему помочь.
Пора было навестить мужчину, с которым у меня была всего одна ночь.
Глава 1
Джуд
Она стояла у меня в гостиной.
Эми.
Нет. Не Эми.
Мила.
Если это вообще её настоящее имя.
Голова шла кругом. Мой маленький дом был полон моих любопытных родственников, а Рипли стоял рядом со мной, настороженно следя за происходящим.
Волосы на затылке встали дыбом. Я не видел её больше года, и теперь, когда она стояла передо мной, пытаясь всё объяснить, единственное, о чём я мог думать, — это неприятности.
Сердце грохотало в ушах. Всё было плохо. Опасно.
Гас, стоявший неподалёку, бросил мне быстрый кивок. Это немного меня успокоило. Я всегда мог положиться на старшего брата, когда становилось по-настоящему тяжело. Мы с ним больше десяти лет вместе вели семейный лесопромышленный бизнес, и между нами давно выработалась своя система знаков.
Мы оба не любили лишних слов. Одного взгляда хватало, чтобы он понял, что мне нужно, и Гас сразу же собрал жену и дочку.
— Детям пора спать. Да и Джуду стоит немного побыть наедине, — сказал он.
Коул тоже подхватил волну — собрал бутылки из-под пива и тарелки, понёс на кухню.
Финн и Ноа сделали то же самое, убрав игрушки и упаковав своих детей. Мы проводили вечер пиццы — новое семейное традиционное развлечение.
Я полюбил эти вечера. Готовить для братьев и их семей.
Никогда не думал, что стану шеф-поваром-любителем пиццы, но меня затянуло. Бесконечные пробы, точные расчёты — всё это меня успокаивало. Я с упоением подбирал идеальное соотношение воды к муке, настраивал температуру в дровяной печи до совершенства.
Мне нужно было чем-то занимать руки. Растягивать, мять тесто — это было почти как медитация, оно заставляло меня притормозить.
Да и компания была не худшей. Я жил один, в домике на горе, только я и Рипли, и в большинстве случаев меня это вполне устраивало.
Но иногда было приятно оказаться в кругу семьи. Когда дом наполнялся смехом, болтовнёй, я вспоминал, что исцеление — возможно. Что несмотря на всё дерьмо, через которое провёл нас отец, мы выбрались. Что мы можем быть семьёй, несмотря на ложь, предательство и всё, что он с нами сделал.
Мы двигались вперёд, строили новые связи, растили детей, начинали всё заново. Хотя его преступления до сих пор висели над нами тенью. Год мы шли этим путём, пытались найти своё место.
И вот теперь — раненая женщина, стоящая в моей гостиной, говорит, что опасность не ушла.
Женщина, которая не давала мне покоя во снах.
Она была здесь больше года назад, провела со мной ночь, ставшую лучшей в моей жизни и исчезла, будто её и не было.