— Люблю тебя...
От этого я только сильнее разрыдалась. Боже, как давно я хотела услышать эти слова от него...
— Я не могу... мне страшно...
— Мне немного тоже. Но ты не должна убегать от меня и пытаться все взвалить на себя, мы с этим разберемся.
— Но ты с Евой...
— У нас ничего не было. Мне она даже не нравится. Я из-за отца был вынужден выбрать ее, но... мы что-нибудь придумаем.
— Мы обязаны нашим родным, что мы можем сделать, — всхлипнула. Отец меня убьет за такой позор. А Егора наверняка после этого лишат наследства, старая практика, если дети идут против родителей.
— Как что... — он задумался. — Сбежим. Или поставим ультиматум. Начнем жить сами. У меня есть одна идея, поэтому ты не волнуйся о трудностях, я во всем разберусь. Думай о... нашем ребенке.
И он задумчиво притих, когда произнес это вслух. Ладонь неуверенно легла на мой живот, и Егор замер. На губах появилась легкая улыбка.
— Лучше думай о том, кто это. Мальчик или девочка. И как назовем.
Тыльной стороной ладони я вытерла мокрое лицо и полезла искать зеркальце. Боже, размазала все наверное. Выгляжу нелепо. Мысли о себе немного успокоили меня, а привычные жесты, пока я копошилась в небольшой косметичке, и совсем приободрили.
Я прикрыла глаза и заставила себя довериться ему. И скинув этот груз с плеч, я ощутила такую легкость. Он справится? Я могу опереться на его плечо? Мы справимся?
Но в объятиях было так тепло и спокойно...
Умиротворяюще.
Внутри снова все чувства бурлили и вырывались наружу, будто лава из извергающегося вулкана. Уже не такой идеальный, как несколько месяцев назад. Со своими косяками, но я... все равно его люблю.
Он отъезжал ненадолго и совсем не рассказал куда, только улыбнулся и сообщил, чтобы я чувствовала себя как дома. Домой я, кстати, сегодня не вернулась, заблокировала маму, отца, чтобы они мне не названивали. Мы хотели побыть вдвоем. Просто без всякого. Решить, что будет дальше без давления родни.
Егор вернулся вечером с вкусняшками и какими-то пакетами, и я встретила его в коридоре. В его футболке, которая отлично прикрывала мне жопу. Он оперся на дверной косяк и застыл так, любуясь мной.
— Теперь ты живешь со мной, — произнес так просто. И ведь даже не просил, это звучало утвердительно.
Телефон в моей ладони зажужжал, и я опустила взгляд, убрав улыбку. Ева. Что ей нужно? Бросив мимолетный взгляд на парня, я все-таки взяла трубку.
— Что тебе нужно? — холодно.
— Ты что? Сдурела?! — завизжала сестра, — вы своим заявлением всех на уши подняли. Мама плачет, отец сейчас тут все разнесет!
— Заявлением... — протянула я, а сама с прищуром посмотрела на Егора. Он ехидно улыбался, но молчал. Куда он ездил и что сказал?
Ева в трубке продолжала.
— Ты все разрушила, Леся! Я тебе это никогда не прошу!
— Ага, — легко поддакнула ей и сбросила вызов. Пожалуй, сестру тоже занесу в чс. Затем любопытно заглянула в пакеты, которые Егор уже нес на кухню. Кроме еды там было что-то еще.
— Это тебе, — отделил некоторые, и я увидела в них какие-то вещи. Вопросительно подняла взгляд, — пока шум у родных не уляжется, домой возвращаться нельзя.
Затем наклонился и сорвал короткий, мягкий поцелуй. Я улыбнулась и повисла его шее, снова прижимаясь к губам. Мне мало, хочу больше.
— Эй, может, пойдем в комнату? — он не глядя бросил пакеты на диван на кухне и прижал меня к себе. Внутри резко закрутилась горячая спираль. Глаза загорелись.
— Пошл... — и он не дал мне договорить, закрыв рот своими губами.
Глава 23