Полярная магистраль: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А если новых паровозов нет?

— Полноте! — и Рудный привстал со стула. — Надо упираться и нажимать. Мурманская дорога — второе окно в Европу. Заполярный участок — не шутка!.. Тут — апатиты, лес… — инженер не договорил. — Вы, надеюсь, поняли сущность переменных, влияющих на судьбу паровозов?

— Понял, — сказал Вахонен, смотря почему-то в пол. — Вот что: нужно изменить эти самые переменные, раз они переменные… И чтоб функция от них… — он сделал паузу, подыскивая слово, и наконец нашел: — чтобы функция по-настоящему функционировала… Факт.

Инженер с удивлением смотрел на секретаря. Коренастый, плотный, с пепельным цветом лица, тот крепко стоял на месте.

— Главные мастерские не могут взять от нас ни одного паровоза. Мы должны выкрутиться с ремонтом сами. Может быть, на долгое время помощи нам ждать не придется. Это трудно, — заметил Рудный.

— Вы забыли еще одну переменную, действующую на коэффициент альфа, — опять подчеркнул Вахонен, — о ней часто забывают в технических книгах…

— Я привел вам пример таких переменных, как возраст паровозов, который изменить не в нашей воле, — оправдываясь, сухо сказал Рудный.

— Что вы скажете о бригаде Жукова?

Инженер усмехнулся.

— Это — исключение.

— Но они взяли плохой паровоз, развалину, и сделали его хорошим.

— Вы преувеличиваете. Этот паровоз был не таким уж плохим.

— Ну, а бригада Шершавина? — наступал секретарь.

— Это как раз не те переменные, — улыбнулся Рудный, — которые привел я.

Вахонен опустил голову.

— Вы не возражаете против назначения собрания на завтра?

— Да… Но прикрепить людей к примусам и требовать от них сверхъестественного — я считаю… просто недобросовестной мерой с нашей стороны, — споткнувшись, смущенно закончил он.

— Недобросовестно?!. — мягко заметил Вахонен.

— И притом, — добавил Рудный, — вы слышите, как гудит на улице? — Он отдернул портьеру и указал на залепленное снегом окно. — Ни зги! На примусе пробираться сквозь такой ветер и снег…

— Итак, — прервал его Вахонен, — завтра вы сделаете доклад на собрании. Вы согласны? — спросил он и поднялся.

Тот лишь развел руками.

Когда секретарь ушел, Рудный снова погрузился в свои вычисления. В районе было два основных и два оборотных депо: надо было точно подсчитать и расставить силы…

Из мира цифр его внезапно вывел телефонный звонок.

Говорила жена. Он уловил недовольные нотки, слегка обиженный голос и обычный упрек в том, что он вечно опаздывает к обеду.

— Ну, хорошо… хорошо, — сказал он с досадой, — приду!..

— Вот и слава богу, — послышался ее отдаленный, точно уносимый ветром голос.

«У Шершавиных именины… перестаивается обед… и когда это кончится? — думал он, устало надевая шубу, — при чем тут обед, при чем тут именины? А все-таки завтра — доклад, и у нас нет паровозов, и скверно в депо. Да, скверно!»

Еще дул резкий ветер со снегом, хотя небо немного прояснилось. Рудный, привычный железнодорожник, презирал непогоду, укрываясь от ветра лишь сдвинутой на ухо шапкой.

По пути шли кондуктора, навьюченные тормозными фонарями, сундуками и веревками. Их высокие темные фигуры в длинных шинелях, сгибаясь от тяжести, появлялись в свете сигнальных огней и исчезали за мятелью.

Паровоз пыхтел над составом вагонов, выводя их за стрелку. Паровоз буксовал. Клубы дыма удушливо ударяли в нос; резало глаза. Искры из трубы вылетали огненным букетом и пропадали но тьме.