— На отруба перейти? — в упор посмотрел Верюжский на Цветкова. — Индивидуальная езда? Как при царе было? Так, что ли?.. Эх, Александр Иванович, даже стыдно за тебя! Грузооборот против довоенного времени поднялся в три раза, а количество паровозов в полтора. Что говоришь?..
Серов глухо проворчал, как бы ни к кому не обращаясь:
— Ударяй вот тут! Жалованье маленькое. Вон у Бороухина, — показал он на молчавшего все время бородатого помощника, — семь человек детей. Из сил выбьешься.
Телефонный звонок прервал его. Кузичев снял трубку.
— Маймистов? Алло! Кузичев!.. На пятом пути выгородить 31-25? Да?.. Куда поставить? На седьмую канаву? Есть! — записывал он на бумажку приказания дежурного по депо.
Надо было набрать дров и воды для нескольких паровозов, выгородить на путях и поставить их в депо на ремонт.
Кузичев, старший дежурный, распределил работу. Взглянув на Шкутова, он не решался доверить ему управление машиной.
Андрюха посмотрел на него и обиделся.
— Не доверяешь, Кузичев?
— Боюсь, Шкутов… Лучше уж как-нибудь без тебя сегодня, — сказал он.
Андрюха поднялся с места и выпрямился во весь свой длинный рост. Он глубоко вобрал в себя воздух и с шумом выпустил.
— Разве я пьян? — краснея, пробормотал он и, точно ища сочувствия, обвел, глазами всех.
— Полноте, товарищ Кузичев, что значит чашка водки? Просто комом она попалась парню давеча. Теперь ни в одном глазу, — попытался Сенька защитить своего приятеля.
— Ну, ладно, — согласился, наконец, Кузичев. — Пусть Шкутов идет на вашу машину, поставит ее в депо. На двенадцатую канаву… Паровоз — в четвертом тупике.
Обрадованный Андрей молча направился к выходу. У самого порога его нагнал Сенька.
— И я с тобой, Андрюха… Ведь машина — моя! Ну, как я могу ее тебе доверить? — пошутил он и пошел вслед за приятелем.
В двух шагах от брехаловки их поджидал Венька. Он злился и ругался.
— Тоже идиоты!.. Заставили целый час разыскивать!.. И лыжи пропали… Давай еще полтинник!.. Черти!.. Если не дадите полтинник, — ей-богу, давану о рельсы!.. — Он угрожающе вынул из кармана бутылку и замахнулся. Но Сенька предупредил его.
— Давай сюда, сопливый!
— Отдай полтинник — тогда получишь!
Полтинник пришлось отдать.
Они пошли по путям, отыскали паровоз.
Сенька сел на место помощника, предоставляя Андрюхе править машиной.
Андрюха пустил пар в автоматический тормоз Вестингауза. Тормоз оказался поврежденным.
— Без тормоза на круг ставить опасно, — вздохнул Андрюха.
— Дай я! — молодецки предложил Сенька. — Меня-то паровоз послушает.
— Ну, если тебя послушает, то под моими руками он танцовать будет…
Сенька решил не возражать и, молча взяв бутылку, откупорил ее. Он отпил половину и подал Андрюхе.
— Кузичев-то, видал, как раскудахтался? А тебя все-таки здорово разморило!
Тот ничего не ответил, да и не мог отвечать, допивая остатки из бутылки.