Извергся слабый вздох из верхушек деревьев. Она действительно думала, что он не справится с этим животным? Поэтому она его поцеловала? Как прощальный подарок, предназначенный для утешения в его последние моменты жизни? Это было оскорбительно.
Он вскочил и развернулся, не обращая внимания на острую боль в боку, и наклонился, чтобы поднять свой нож. Топот ног раздался прямо за его спиной. Зловонное дыхание сефы обдало его шею. Согнув ноги в коленях, Зед сделал сальто назад и приземлился, оседлав зверя. Не дав ему времени на реакцию, он наклонился вперёд и вонзил нож глубоко в его средний глаз. Другие два глаза мигали не синхронно, пока его мозг медленно умирал.
Зед соскользнул с боковой части обрушивающейся сефы и попытался схватить свой рюкзак, но было уже слишком поздно. Огромное существо обрушилось на него. С тяжёлым вздохом он вытер лезвие о штаны, затем вложил его в ножны. Он выпрямился и наблюдал, как тело сефы борется со смертью. Завораживающая финальная песня, за которую эти существа были знамениты, должна была начаться с минуты на минуту.
Как он и предсказывал, большие лёгкие сефы наполнились воздухом, и она выпустила последний выдох вместе с возвышенной мелодией. Мягкая и спокойная, песня разливалась с ее последним дыханием, нежная мелодия заструилась по его коже и проникала в кости, пока мелодия совсем не оборвалась. Зед почувствовал, что у него невольно сжимается грудь.
Он склонил голову перед сефой и закрыл глаза на мгновение в знак уважения. Эти существа были одними из немногих, перевезённых на эту планету из их старого мира, и были последними в своём роде. Осторожно он положил руку на торс сефы и тихим голосом произнёс что-то, что однажды услышал от своего отца, сказанное умирающему солдату можаку далеко от дома:
— Ты проделал такой долгий путь, и всё же твоё путешествие только начинается.
После ещё одного вдоха Зед отвернулся. Он посмотрел туда, где оставил Александру, и увидел её на коленях. Её тёмные брови были сдвинуты, а тихие слёзы прокладывали дорожки по её покрытым грязью щекам.
Глубоко вздохнув, он подошёл, чтобы встать под ней. Липкая кровь сочилась из его пульсирующих ран и покрывала внутреннюю сторону его руки. Она была слишком высоко, чтобы он мог до неё допрыгнуть без костюма и с полученными травмами. Элегантный спидер, на котором он приехал сюда, теперь был заперт в его рюкзаке под тяжёлым существом, и не мог ему помочь. Понадобилось бы как минимум трое здоровых мужчин, чтобы поднять сефу.
— Прыгай вниз. Я поймаю тебя, — он поднял руки, но, вместо того чтобы сделать, как он попросил, она выглядела шокированной.
— Я… должна прыгать? — Она выразительно посмотрела на красную жидкость, стекающую с его бицепса, и чётко произнесла слова: — Ты истекаешь кровью.
Он опустил руки и попытался скрыть раздражение на лице. Он не был настолько ранен, чтобы не поймать её лёгкое тело. Он положил руки на бёдра, продолжая смотреть на неё. Значит, она думала, что он умрёт. Эта мысль почему-то раздражала.
— Я не могу сейчас запрыгнуть туда, но я могу тебя поймать. Если ты не хочешь прыгать, можешь попробовать забраться наверх. — Он говорил ровным голосом, хотя ему хотелось приказать ей выполнять его указания так же, как он делал это каждый день с охранниками, за которых отвечал. Озед, или Зед для друзей — ну, скорее для семьи, так как у него не было много друзей, — был главой стражи в Храме Жемчужины. Титул был престижным, к которому стремился каждый солдат-тремантианец. Он и другие стражи под его руководством защищали небольшое количество женщин, которые всё ещё существовали в их городе и жили в Храме Жемчужины. Таким образом, Алехандра теперь тоже была под его защитой.
— Забраться? Ты с ума сошёл? Здесь не за что ухватиться. Это, похоже, единственная ветка, — возразила она.
Зед почувствовал, как его гнев нарастает, и боролся с ним. Он был уставшим, раненым и стыдился того, что сегодня нарушил не только один закон, войдя на территорию Сауэн без приглашения, но и второй, убив сефу.
Последние две недели различные группы солдат или охранников Храма прочёсывали леса в поисках двух женщин, сбежавших из объекта Повстанцев и исчезнувших в лесу. Сначала они искали в лесу Манты, а затем ниже в густом лесу Сауэн. Королева согласилась, что когда они достигнут океана на западе, Чёрных гор на севере и границ города Сауэн на северо-западе, их поиски закончатся.
Озед верил, что женщины мертвы, но всё равно следовал приказу Королевы продолжать поиски. Затем, несколько часов назад, Королева связалась с его небольшой поисковой группой, прочёсывающей юго-западную границу леса, и сообщила ему, что одна из пропавших женщин была найдена живой и невредимой и была с Веракко. Королева описала последнее известное местоположение другой женщины, и он вместе с двумя другими стражами немедленно направился к реке Чисноп.
Вот перевод текста из предоставленного изображения с правильным оформлением прямой речи:
Он отправил своих двух стражей обыскивать восточный берег реки и лес за ним, в то время как сам отправился в сердце леса Сауэн. Он не сказал своим стражам о дополнительной личной просьбе Королевы незаконно обыскать территорию Сауэн в поисках потерянного человека. Он ненавидел идею нарушить какой-либо закон, и ему было не слишком приятно, что Королева попросила его об этом, хотя он понимал, почему она это сделала.
После того как Королева раскрыла существование людей лидерам Клекайниан по всему миру, Сауэн был одним из городов, которые заявили, что будут заставлять любых обнаруженных людей участвовать в их брачных церемониях, как и всех остальных их граждан. Александру заставят сделать то же самое, если он не сможет вернуть её в Треманту, где уже принимались законы для предоставления людям прав в соответствии с их культурой.
А теперь посмотрите на него, умоляющего женщину, которую он незаконно спас, позволить ему помогать ей и дальше. Если бы она только понимала, в каком он сейчас настроении и как едва сдерживается, она бы подчинилась, не задумываясь
— Просто прыгай, Александра, — прошептал он сквозь сжатые зубы, снова подняв руки.
— Хорошо, хорошо. — Она убрала спутанную тёмную прядь волос с лица и села на край ветки. Он видел, как она что-то бормотала себе под нос, поворачивая золотое кольцо на пальце, но не мог разобрать, что именно. Даже сквозь грязь, покрывающую её лицо, он заметил, как её тёплая, коричневая кожа побледнела, когда она подвинулась вперёд и посмотрела вниз. Она закрыла глаза и была готова прыгнуть, когда её веки снова распахнулись.
— Подожди, откуда ты знаешь моё имя?
— Прыгай! — рявкнул он, его терпение лопнуло.
Голос откуда-то сверху окликнул их:
— Ну-ну. Нет необходимости прыгать. Но вам обоим нужно пойти с нами.
Зед поморщился. Их поймали. Он обернулся и увидел небольшой отряд смотрителей Сауэна, стоящих на парящих транспортных платформах. Они зависли над ними, их злые взгляды скользнули к мёртвой сефе.
Маленький туэя забрался на плечо стражника и прыгнул, направляясь к Александре.
— Уилсон! — воскликнула она, поймав туэя в крепкие объятия, когда тот приблизился.
Ярость вскипела в его животе. Он не знал точно, как это произошло, но человек явился причиной их поимки.