— Это чувствуется, — честно признался я. Когда потянулся за солевым шприцем, она напряглась. Я взглянул на неё успокаивающе&
— Просто промывание.
— А, — пробормотала она и зачем-то поправила очки. — Поняла.
Я отсоединил основную линию и подключил к порту удлинитель. Медленно надавливая на поршень, сказал:
— Одна пациентка требует, чтобы её осмотрел только я. Поэтому я поеду к ней. А ты не наступай на ногу, ладно?
Зажав трубку, я отклеил шприц, аккуратно свернул трубку и приклеил её к коже.
— Антибиотик, который я тебе ввёл, подействует до утра. Но завтра обязательно купи лекарства, — кивнул в сторону стола. — И начни приём.
— Ладно, — кивнула она, глядя на меня. Прикусила нижнюю губу. Мне безумно захотелось наклониться и освободить её от этого жеста — своими губами.
— Спасибо. Я не знаю, как тут всё работает со страховками, но я завтра позвоню в твою клинику…
— Не звони. Это я виноват, что ты пострадала, — сказал я, собирая упаковки и снимая перчатки. Всё это полетело в красный контейнер — его я потом отвезу на утилизацию. — Я разберусь.
Щёки у неё порозовели.
— Я не могу так, Кэл.
— Рут. Можешь. И расслабься.
Она посмотрела на наши сцепленные руки, потом снова на меня.
— До сих пор не верю, что ты вообще пришёл мне помочь. После того как я сбежала.
— Ой, — скривился я. — «Сбежала» — как-то жёстко. А как же моё эго?
Я отпустил её руки, только чтобы обхватить её за талию. Она поняла, чего я хочу, и потянулась помочь, но я уже аккуратно приподнял её, чтобы она не напрягала колено.
— Я тебя держу, Шортстоп.
Она хмыкнула, поправляя очки.
— Кажется, твоему эго помощь не требуется.
— Возможно, ты права. Я слегка самоуверен.
— Ну, хоть что-то хорошее, — пробормотала она с полуулыбкой.
Я снова задержал взгляд на её губах, серых глазах, мягком изгибе скул, чётком подбородке. Сердце болезненно сжалось от мысли, что было бы, если бы я не успел.
— Да, — тихо согласился я. Потом громче: — Сейчас сниму ещё раз показатели, и оставлю тебя в покое.
— Ура, — пробормотала она, глядя на свои растрёпанные кудри. — Весёленький вид.
— А мне нравится, — улыбнулся я, доставая инфракрасный термометр.
— Спасибо, — пробормотала она, уставившись в колени и ковыряя катышки на одеяле с принтом тортильи. Я представил, как она вся закуталась в него, как в буррито. Милое буррито по имени Рут. Еле сдержал смешок.
Я поднёс термометр к её лбу. Она скосила глаза вверх.
— Лучше, — сказал я неопределённо, глядя на дисплей. Записал результат — 39,7 — в её электронную карту на телефоне. — Дай палец.
Она подняла указательный. Её глаза блестели от вялого, но искреннего интереса, пока она наблюдала, как я надеваю пульсоксиметр.