Коуп ухмыльнулся, рисуя перекладину аттракциона:
— Думаю, Уолтер как раз пытается.
Лолли фыркнула:
— Этому старому хрычу меня не догнать.
— Считаю это вызовом, любовь моя! — отозвался Уолтер.
Я улыбнулась:
— Не уверена, Лолли. По-моему, Уолтер — единственный, кто способен держать твой темп.
— Еще не доказал, — парировала она. — Вот когда сдаст со мной экзамен по тантрической йоге — тогда поговорим.
Коуп передернул плечами:
— Господи, пожалуйста, прекратите.
Я рассмеялась, а Кай подошел ближе, и лицо его стало мягким. Он провел большим пальцем по моему щеке. Дыхание сбилось. Мне казалось, я все еще чувствую вкус его поцелуя — мята и Кай.
— Краска, — прошептал он.
— Только не ты, — простонал Лука, влетая в комнату вместе с Кили и Элли.
Кили сморщилась:
— Теперь они, наверное, будут целоваться постоянно.
— Ага, — вздохнул Лука. — Сопли-слюни день и ночь.
Уголки губ Элли дрогнули:
— Какую травму мы нанесли этим бедным детям.
Лука кивнул:
— Надо ввести правило: никаких поцелуев в доме. Что скажешь, дядя Кай?
Лолли пригрозила ему кисточкой:
— А вот нет, мой маленький ледяной принц! Пусть наслаждаются хорошими вещами, пока могут. Не мешай.
Я покраснела:
— Лолли!
— Что? — притворно удивилась она. — Разве бабушка не может хотеть, чтобы внучка познала зверя с двумя спинами? Это же полезно для здоровья.
Кили нахмурилась:
— Почему у зверя две спины?
— Наверное, потому что у него две головы, и он страшный, — рассудительно сказал Лука.
— А при чем тут поцелуи? — не унималась Кили.
Элли уже тряслась от беззвучного смеха: