Она нахмурилась, а её взгляд пробежался по огромному замку.
— Что? Да!
— Тогда ты не можешь уйти, и я не позволю тебе это. Себастьян нуждается в тебе, и ты останешься здесь.
О, Боже. Она в одном из кошмарных фильмов ужаса. Весьма, потрясающий перевёртыш собирается использовать её в качестве племенной машины. Ради всего святого, Харпер должна быть возмущена, а не обсуждать эту идею.
— Послушай, Сарай, я не могу иметь детей от твоего брата. Я даже не знаю его!
Она, что единственный человек, который логически мыслит в этом чёртовом месте?
Сарай пожала плечами.
— Узнай его. Он в действительности хороший парень. Ему просто нужно, чтобы ты родила ему ребёнка. Можно подумать тебе придется провести тут вечность.
Точно. Какая здравомыслящая женщина родит ребёнка и бросит его? Не она. Не тогда, когда её единственным родителем была мать. Эти люди сумасшедшие.
— Но почему я? Почему ребёнок?
Сарай посмотрела на неё грустными глазами, когда привела к большой винтовой лестнице.
— Ему нужно, чтобы ты родила ему ребёнка. Ты единственная, кто может это сделать.
— Или что?
— Он умрет, — сказала Сарай, а её глаза наполнились слезами. — Ты должна сделать это. Подожди немного и обязательно в него влюбишься.
Очень сомнительно. Тот факт, что она нашла его визуально привлекательным, не означает, что Харпер готова начать рожать пушистых деток для него, словно это восемнадцатый век и нет телевидения.
Они подошли к двери. Сарай открыла её и указала на помещение.
— Это твоя комната. Надеюсь, она тебе понравится, Харпер. Если бы ты была на моём месте, то поняла бы, почему я не могу тебя отпустить. Я люблю брата. Не хочу смотреть, как он умирает.
— Ты не можешь держать меня в плену!
Сарай вздохнула.
— Ты скоро поймешь, что не пленница здесь. Ты свободно можешь, ходить и уходить, и даже совсем уйти, если таково твоё желание, но последствия твоих действий будут ужасны для Кристиана. Если уйдешь, то должна понимать, что его жизнь на кону.
— Здесь повсюду надзиратели. Как ты можешь так говорить?
— Если Себ посчитает, что ты, действительно, хочешь уйти, и здесь несчастна, то он отпустит тебя. Даже, если это будет стоить ему жизни.
Харпер вошла в комнату и отбросила слова, которые вертелись у неё на губах. Она не знала, что заставило Сарай одобрить действия Себастьяна. Её слова о том, что он умрёт, не имеют смысла. Какой мужчина может умереть от отсутствия детей?
— Ужин в семь. Надеюсь, ты присоединишься к нам. Просто дойди до конца зала, спустись вниз по лестнице, и большая столовая будет справа от тебя. Должно быть, достаточно легко найти.
Дверь с щелчком закрылась за Сарай, оставив Харпер в одиночестве думать об этом безумии.
Чёртов Кристиан Бёрнс! Пошёл он! К чёрту его! К чёрту! Он разрушил её детство, и, теперь, разрушает жизнь. Харпер подняла подушку с гигантской кровати и бросила её, через комнату в массивное стеклянное окно с видом на великолепный сад.
Она застряла в раю с великолепным перевёртышем, который, по её мнению, был волком и от того настолько властным. А ещё он был альфой. Вдобавок ко всему, его сестра казалась искренне приятным человеком.
Кто-то, с кем она, возможно, хотела подружиться, изменила эту ситуацию. Затем её гормоны. Глупая похоть. Почему он? Почему сейчас? Это было так далеко от нормы, что она не знала, что думать. Это безумие.
Отвращение наполнило её, когда Харпер оглядела роскошную спальню. Она была великолепна. Словно из сна. Декор из смеси бледно-синего и белого вместе с мебелью, сделали комнату легкой и воздушной.
Массивная панорама окон пропускала так много света, что было похоже, будто включены лампы. Рядом с окнами была кнопка, и любопытство побудило её нажать на неё. С потолка спустились затемнённые драпировки, укутывая комнату в полную темноту.