Харпер сглотнула и отступила на шаг назад. Его черты выглядели знакомыми, но она не была уверена. На его лице были шрамы. Много шрамов. Но они не умоляли, стоящего перед ней, мощи альфы. О, она знала, что он перевёртыш. Она узнала о них в колледже, и однажды, даже, подружилась с одним. Никому не нравится... внушительная фигура. Его взгляд вырвал дыхание из её легких.
— Мы знакомы?
— У твоего отца, Кристиана Бёрнса, проблема, которую только ты можешь разрешить.
Она нахмурилась, глядя на намек улыбки на его губах. Неужели мужчина, действительно, был счастлив, что у её отца проблемы?
— Послушай, — начала она, начиная злиться. — Я не знаю, какая у тебя с отцом сделка, но я не в состоянии вытаскивать его из чего угодно.
— Ты можешь, — низко рыча, сказал он. — И сделаешь.
Ей не было известно, насколько была терпелива её мать, поскольку его слова ещё больше разозлили её. Когда он подошел к ней, запугивая, Харпер не спасовала.
— Кем, чёрт возьми, ты себя возомнил? Ты не можешь указывать мне, что делать!
— Твой отец, вероятно, кусок дерьма, но ты не захочешь его смерти на своей совести, не так ли? — спросил он, стоя всего в нескольких футах от неё.
Он был даже больше, чем она понимала, но это не заставило её отступить. Харпер встретила его пристальный взгляд, а её сердце тяжело стучало в груди. Нет, она не хотела, смерть отца или чью-то ещё на своей совести.
Ей потребовалось всё, чему она научилась с того времени, как умерла её мать, чтобы уметь защитить себя. Особенно, с кем-то вроде её отца. Судя по тому, что он всё ещё получает от неё деньги, когда ему нужно, то она явно делала плохую работу, говоря ему «нет».
— Послушай, мистер…
— Себастьян, — сказал он, мягкость в его тоне голоса заставила подняться волоски на руках.
— Себастьян? А фамилия?
— Роархарт.
Ничего. Эта фамилия не говорила ни о чём.
— И кто ты, король или что-то в этом роде?
Он резко кивнул.
— Роархарты— королевская семья волков-перевёртышей. Мой отец был королём нашего рода, а теперь я правлю.
Харпер сглотнула. Настоящий король. О, Боже. И он так хорош, что страшно.
— Что именно ты хочешь от меня?
Он поднял руку и зацепил один локон из её длинных коричневых кудрей, а затем потёр их между большим и указательным пальцами.
— Ребёнок.
Её сердце остановилось.
— Что?
— Ты слышала меня, Харпер. Я хочу ребёнка. Я нуждаюсь в ребёнке. И ты родишь его мне.
Возможно, он был одним из тех одиноких мужчин, которые хотели, чтобы женщина пожертвовала свои яйцеклетки, чтобы он мог иметь детей. Боже, пожалуйста, пусть будет так. Возможно, она не захочет этого делать, но может справиться с этим намного лучше, чем с другими последствиями.
— Ты хочешь, чтобы я стала донором яйцеклетки?
Широкая, греховная усмешка распространилась по его губам. Так дьявольски сексуален, что она ахнула, насколько хорошо он выглядел.
— Ты та ещё штучка, — сказал он, веселясь. — Нет, прекрасная Харпер. Попробуй ещё раз.