Какой-то незнакомый голос, принадлежащий явно мужчине, которого я никогда раньше не видела и не слышала.
– Бабуля!
– Эй, крутой перец, иди сюда. На руки. Давай, давай. Какая ж это бабуля? Это ещё девочка. Давай ко мне на руки.
Я не поняла, что произошло. Перед глазами плясали разноцветные мухи. Мне показалось, что возможно я приложилась об асфальт головой и поэтому сейчас у меня все нарушено : движение, координация и даже зрение.
– Ну-ка, ну-ка, зая. Зая, посмотри-ка мне в глаза.
– Вы кто? – Выдохнула, хрипя.
– Ну, какая разница, кто я? Самое главное, что я оказался в нужном месте, в нужное время. Давай, хватай меня за шею. Поднимайся. Поднимайся. Хватай меня за шею. Я тебя вытащу.
Я не могла разглядеть его лицо, потому что разноцветные мушки все плясали и плясали перед глазами.
– Мам! – Рявкнул Свят откуда-то издалека.
– Папа! – Заверещал Женька.
– Эй, а ну-ка убери руки. Слышь, ты. – Голос Свята прогремел где-то над головой.
– Это ты слышь! Чуть мать родную не задавил! Дебил! – Зло произнёс незнакомый мужик.
Я постаралась присмотреться, понять, кто это.
Сосед?
Или…?
Что вообще происходило?
Ада визжала, не меняя тональность, что готовы были барабанные перепонки лопнуть. Я постаралась отмахнуться. Женька тут же оказался на руках у Свята.
– Ну-ка хватит, хватит. Жека, ну-ка не переживай. Все хорошо. Мам, давай. Давай я тебя поддержу.
– Да иди ты в баню! – Зло прозвучал незнакомый голос. – Я её сам без тебя подержу.
Один рывок и меня попытались поставить вертикально, но ноги разъезжались. Я по инерции вцепилась в воротник незнакомого мужика. Потом наконец-таки проморгалась и на меня посмотрели голубые глаза.
Только вместо какого-то ангельского света, я ощутила , что этот взгляд принадлежал самому дьяволу: яркая белозубая улыбка, небольшая щетина, чёрные , как смоль волосы.
– Ты как? – Холодно произнёс он.
Я замотала головой, стараясь отогнать морок.
– Внук, – только и выдохнула я обессилено.
– Да нормально все с твоим внуком. Хотя мне казалось, что это твой сын.
– А вы? А вы… – Начала заикаться я.
– А я Саня. Алекс Ржевский.
Этот самый Саня перехватил меня сильнее за талию, стараясь, чтобы я стояла на ногах. Но в какой-то момент осознал, что у меня ноги по гололёду разъезжаются и вздохнув, резко дёрнул меня на себя, приподнимая. Я взвизгнула.
– Так, ты, мужик. Ну-ка поставь на место мою мать!Слышь, ты, мужик!
– Успокойся уже. Прекрати её при всех называть матерью. Ещё поверят! – Зло выдал незнакомец.