— Да, мой друг, и если всё это правда, то моя любимая жива и по происхождению дворянка, как и мадам Катрин. — Они оба перевели на меня вопросительные взгляды.
— Что? — спросила я растерянно. — Из прошлого я ничего не помню. Выводы я сделала из рассказов людей, с кем меня свела судьба, и вот, — я показала кольцо, — эта драгоценность принадлежит моей семье, и оно было у...
— У Клер, это кольцо Клер, — твёрдым голосом сказал граф и, сделав ко мне шаг, протянул руку к цепочке с кольцом, висевшей на моей шее.
— Друг мой, мы, конечно, друзья, но я бы вас попросил убрать руки от моей женщины, — де Блуа мягко, но весьма решительно задвинул меня к себе за спину.
"Страсти какие", — прошептала я, не скрывая лёгкой улыбки. «Моя женщина» прозвучало неожиданно приятно.
Стоя за широкой спиной виконта, я осторожно огляделась, пытаясь не привлекать внимания. Медленно пятясь назад, к нашим коням, я размышляла о том, что сейчас происходит. Пусть мальчики поболтают, решила я. Мне не хотелось вновь рассказывать свою историю, объяснять что-то, оправдываться. Хотелось уединиться, чтобы спокойно обдумать всё, что произошло.
Мужчины продолжали свой разговор, не замечая моих действий. Я быстро вскочила в седло Верного и, не теряя ни минуты, пришпорила его.
Конь, словно подчиняясь невидимому сигналу, резко рванул с места, мгновенно оставив за собой виконта и графа. Я натянула поводья, направляя Верного к дубовому лесу. Густые кроны деревьев, словно стражи, обещали уединение и защиту, скрывая нас от посторонних глаз. Обернувшись, я увидела мужчин, чьи лица выражали смесь удивления и недоумения. Они провожали меня взглядами, полными вопросов и растерянности. Но стоило мне углубиться в лес, как их фигуры начали растворяться в воздухе, словно призраки, исчезая за плотной завесой зелени.
Отпустив Верного в лёгкий галоп, я вспомнила последние слова виконта, которые вызвали у меня трепет и сладкую боль в груди. Как бы я ни пыталась сосредоточиться на предстоящем разговоре с графом, мои мысли неизменно возвращались к нежным объятиям и страстным поцелуям с Николасом. Это было как навязчивый мотив, который невозможно было заглушить или выбросить из головы, если честно, то я не очень-то и пыталась.
— Верный, а я, по-моему, втюрилась, это точно, — сказала я, наклонившись к шее животного, звонко и счастливо рассмеявшись. Верный, не сбавляя бега, громко фыркнул, как будто подтверждая мои слова.
Свист, внезапно разорвавший тишину леса, и неожиданное появление человека из густых зарослей заставили коня взвиться на дыбы, вырвав поводья из моих рук. Я потеряла равновесие и соскользнула на землю, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, а мир вокруг слился в хаотичное мелькание теней и звуков от резкого удара о землю.
Сквозь вязкую завесу ускользающего сознания до меня донёсся грубый мужской голос, в котором звучала резкая настойчивость:
— Хватай её, да быстрее, я говорю!
С каждой секундой тьма становилась всё более непроглядной, затягивая меня в свои глубины. Я попыталась сопротивляться, но тьма была сильнее. Она поглотила меня, оставив лишь эхо мужского голоса, который растворился в безмолвии, и я окончательно погрузилась во мрак.
Монотонный ритм капели, нарушаемый противным крысиным писком, заставил меня вздрогнуть и открыть глаза. Слабый свет факела вырвал из темноты сырые каменные стены и мрачные своды подземелья. Я закричала, вскочила на ноги и отпихнула серую крысу, копошившуюся рядом. Сердце бешено колотилось, голова кружилась, меня замутило, и я упала на колени, опорожнив желудок.
Не до конца зажившая гематома на голове отозвалась резкой, пульсирующей болью, словно раскалённый гвоздь пронзил мой мозг. Я застонала и, едва передвигаясь на четвереньках, добралась до кучи прелой соломы. Опустившись на неё, я обессиленно прислонилась к холодной, мокрой каменной стене. На мгновение закрыла глаза, пытаясь успокоить дыхание и собраться с мыслями.
Неожиданный лязг железа, словно раскат грома в ночной тишине, заставил меня мгновенно очнуться. Я распахнула глаза, и моё сознание, словно пробудившийся от сна зверь, метнулось в поисках источника звука. В кромешной темноте мой хаотичный взгляд, где даже слабый свет от факела не мог пробиться сквозь густые тени, пытался выхватить хоть малейший намек на то, откуда донёсся этот зловещий металлический скрежет.
В дальнем углу подземелья раздался слабый кашель, за которым последовал тихий стон. Я замерла, прислушиваясь. Сердце колотилось быстрее, а кровь приливала к вискам. Я осторожно поднялась на ноги, стараясь не издавать ни звука, и медленно, шаг за шагом, двинулась вперёд. Тень в углу оставалась неподвижной, но в её глубине что-то мелькнуло, заставив меня напрячь зрение. Я остановилась, не сводя глаз с этого тёмного пятна.
— Кто там? — мой голос прозвучал тихо, с нотками страха.
Ответа не последовало. Только еле слышимое тяжёлое дыхание, словно кто-то пытался сдержать его. Я чувствовала, как по спине пробегает холодок, но продолжала идти вперёд. Шаг, ещё шаг. Внезапно тень шевельнулась, и я замерла, не зная, что делать дальше.
19
— Кто вы? — повторила я.
В глубине души шевельнулся паника, и я невольно отступила на шаг назад, услышав, как опять в гнетущей тишине прорезался зловещий лязг цепей. Из мрака, пошатываясь и издавая тихие стоны, выползла женщина. Её седые волосы, длинные и спутанные, как паутина, спадали на плечи, а одежда представляла собой жалкие лохмотья. От неё исходил удушливый запах давно немытого тела, пропитанный кислой вонью опорожнений. Её глаза, пустые и безжизненные, смотрели прямо на меня, и в этом взгляде я увидела отражение своего ужаса.
Мы замерли в напряжённой тишине. Её взгляд, вдруг перестав быть бессмысленным, полный смятения и отчаяния, метнулся ко мне, словно ища спасения. Я увидела в её глазах нечто большее, чем просто безумие — там была боль, горечь и, возможно, что-то похожее на мольбу.
Её костлявая рука с обломанными грязными ногтями дёрнулась в мою сторону, как будто она хотела схватить меня, удержать, не дать уйти. Цепь, сковывающая её левую ногу, натянулась с резким звоном, не позволяя ей преодолеть разделяющее нас расстояние. Я не смогла сдержать испуганного вскрика и, словно ошпаренная, отпрянула назад, врезавшись спиной в противоположную стену. Сердце колотилось в груди, как безумное, а в голове пульсировала только одна мысль: «бежать, спрятаться, исчезнуть».
- Ты не призрак, — произнесла женщина, и в её хриплом, дрожащем голосе прозвучало явное облегчение. Она замолчала на мгновение, словно пытаясь убедить себя в этом, а затем жалобно добавила: — Время будто остановилось, я потеряла его счёт, скажи что-нибудь, не молчи.
- Что сказать? — растерянно спросила, не сводя с неё взгляд.
- Кто ты, как тебя зовут и как попала сюда. — Женщина села на каменный пол и замерла, уставившись на меня.
— Катрин, — неуверенно пробормотала я.
— Я не знаю, как оказалась здесь и где нахожусь.