Чёрт, зачем я так сказала?
— Ничего не значит. Я образно. Я не хотела, чтобы у тебя были проблемы из-за меня.
И это правда. Мне надо было тогда защитить Игоря, потому что они знали, где он служит. Сама виновата — рассказывала девчонкам, что у меня жених в армии и что мы поженимся, как только он отслужит. А потом моя же доверчивость вышла мне боком.
— Лиз, посмотри на меня, — его мягкая просьба пробуждает во мне былые ощущения. Где-то в районе сердца нежно щекочет. У меня снова дрожат пальцы и покалывает кончики. Как бы я хотела провести ими по его лицу, почувствовать, как колется щетина, изучить заломы и морщины. Это преступное чувство и тягу нужно свести на нет. Мне чужого не надо.
— Ты же опять соврала, да? Тебя обидели? Кто? Когда?
Разворачиваюсь к нему. Внезапно кажется, что нам в моей прихожей слишком тесно.
— Тебе пора. Я устала.
— Ты была на свидании, — не спрашивает, а утверждает. Наверное, приехал в одно время с нами и все видел. Ну и пусть. Здесь мне нечего стесняться. Я свободна.
— Да, была.
— С Витей?
— Да, — скрещиваю руки на груди, закрываясь от него.
Буравим друг друга непримиримыми взглядами, после чего он молча разворачивается и уходит. Правда в том, что слова уже не нужны. Никто из нас не будет менять жизнь только из-за случайной встречи. Все идет своим чередом и плывет по течению. Благодарна ему, что он не хлопнул дверью, а спокойно ее закрыл. Мы все-таки взрослые люди, а не истеричные подростки. Надеюсь, он понял меня, убедился, что я не хочу ни вспоминать, ни рассказывать. На этой ноте нам и надо проститься.
Глава 10
Игорь
— Игорь! Игорь! Ау! — зовет меня Жанна, водя пальцами по волосам на груди.
— М?
— Это было прекрасно, — нежно целует в плечо, поглаживает стопой мою ногу, мурлычет что-то, а у меня на душе кошки скребут. — Я так по тебе соскучилась, боялась, а вдруг ты после самолета на работу уехал. Как классно я подгадала, да? — радуется, спускается пальцами к животу и там что-то чертит. Телу приятно, сердцу тоскливо.
Я ведь еще перед командировкой сказал, что прилетаю в понедельник после обеда, она запомнила. На самом деле я сорвался в воскресенье, оставив в столице заместителя. Все, что было нужно решить, обсуждали удаленно. В понедельник вечером Жанна приехала ко мне сама. Решила сделать сюрприз, торт маленький привезла, то ли бантон, то ли бетон — странное какое-то название. Прошла на кухню-студию, открыла коробку, а там надпись “Лучше тебя только секс с тобой”. Усмехнулся, помолчал, посмотрел на нее выжидательно, а она поставила торт на стол, развязала ремень на длинном пальто, сняла его и бросила на спинку дивана. На ней был светлый брючный костюм. Жанна расстегнула пуговицу на пиджаке, провела пальцами по лацкану, показывая, что под ним у нее только тонкое кружево.
— Сегодня вроде не мой день рождения для таких подарков, — упершись бедрами в край стола, поставил руки по боками и сжал деревянную поверхность. Красивая, сексуальная, страстная женщина. Мы с ней официально встречаемся, я сам пригласил ее на свидание пару месяцев назад, потому что заинтересовала. Потому что пробуждала во мне мужской интерес. И Чего блядь мне еще не хватает? чего мне еще надо? Мое тело реагировало на женщину, которую я сам же выбрал, но в голове стоял образ другой.
Жанна подошла ближе, удерживая зрительный контакт, коснулась указательным пальцем поверхности торта. Я наблюдал за тем, как она собирает им крем и тянет его к лицу, погружает в рот, облизывает, закатив глаза.
— Хочешь тебе также сделаю? — открыв их, спросила меня и прижалась всем телом. Взгляд серых глаз с поволокой обещал, что будет хорошо, что я вытравлю из себя дурные мысли, что сделаю так, как просила Лиза — отстану от нее.
— Хочу, — процедил сквозь зубы, опустив ладони на ее талию.
Она довольно улыбнулась и поцеловала меня. На губах Жанны остался приторно-сладкий вкус крема, а я вспомнил мягкость других, но тут же одернул себя. Так нельзя.
Через несколько минут из кухни мы переместились в спальню. И вот теперь лежим на кровати, молчим, выравниваем дыхание. Поворачиваю голову, замечаю на тумбочке сигареты с зажигалкой. Самое то. Мне сейчас это очень нужно. Жанна привыкла к моей вредной привычке, хотя пару раз намекала, что надо бы бросить. Вот друг мой Даник молодец: и курить бросил, и бухать. Но это уже совсем другая история.
— Как поездка? — вытягивает из мыслей ее тонкий голосок.
Затягиваюсь, выпускаю изо рта кольца дыма, которые взмывают к потолку и растворяются в полёте.
— Хорошо. Продуктивно. Как у тебя?
— На работе? Да всё также. Всё приходится делать самой. Молодежь косячит, приходится то орать, то объяснять.
— Ну так, Москва тоже не сразу строилась.
— Да, но все-таки мы в свое время были серьезней.