— Вещи выпадут?
— Иногда молнии ломаются, и случайно могут выпасть какие-то предметы. Конечно, не специально. Но такое случается.
Смотрю в потолок и пытаюсь успокоиться.
— Ну, там была одежда, пара туфель на высоком каблуке, Лабутены, седьмого размера. — Женщина наклоняет голову вбок. — Я здесь на свадьбу брата.
— Ужас, — пищит она. — Что-нибудь еще?
— Я, честно говоря, не знаю. Помню, что закинула пару джинсов. Пару рубашек, — говорю я, и она кивает.
— Хорошо, — говорит она, — мне понадобится контактный номер.
— Отлично, — отвечаю я и даю ей свой номер телефона.
— Вот ваш номер билета. — Она протягивает мне белый листок. — Также, это небольшая помощь, чтобы продержаться. — Женщина вручает мне маленький пакетик. — Там есть кое-какие туалетные принадлежности.
— Спасибо, — говорю я, качая головой, — но мне это не понадобится. У родителей дома есть все необходимое.
— Ну тогда, хорошего вам дня. — Она улыбается. — С праздниками.
Я беру свою сумку и направляюсь к выходу с телефоном в руке, готовясь к холоду. Ветер треплет мои волосы, когда я иду к очереди на такси. Ожидая свою машину, переминаясь с ноги на ногу. Я буквально дрожу, когда внедорожник останавливается у обочины, и я сажусь на заднее сиденье.
— Без багажа? — спрашивает водитель, пока я растираю руки.
Из радио раздается: «Санта-Клаус не сделает меня счастливой, если подарит на Рождество игрушку».
— Нет, они потеряли мой багаж.
Он шипит.
— Это нехорошо.
— Да уж, — ворчу я и даю ему адрес дома моих родителей.
Час сорок пять минут спустя мы подъезжаем к подъездной дорожке, которая вся забита машинами. В доме горят все огни. Машина останавливается, я достаю кредитную карту и расплачиваюсь, прежде чем схватить сумку и поспешить к входной двери.
Я толкаю дверь, но она заперта.
— Да вы издеваетесь надо мной, — бормочу я и нажимаю на чертов дверной звонок.
— Я открою. — Я слышу крик отца, а затем он подходит к двери и распахивает ее. — Боже мой, Элизабет. — Он притягивает к себе. — Ты здесь. — Папа сжимает меня в объятиях, и тепло дома окутывает меня. — Мы звонили тебе и звонили, но попадали на голосовую почту.
— Так и должно было быть, — огрызаюсь я и упираю руки в бока, — когда ты летишь двадцать четыре часа, а телефон садится.
— Почему ты не зарядила его в самолете? — Он закрывает дверь за мной.
— Да, почему я этого не сделала? — Я вскидываю руки. — Мне следовало это сделать, — говорю я саркастически, снимая кроссовки. — Не знаю, почему мне не пришло это в голову.
— Я чувствую сарказм, — отвечает он, улыбаясь мне. Хотя папа давно ушел из хоккея, он остался в форме.
— Ты правильно почувствовал, — парирую я, а затем слышу визг матери, когда она вбегает в комнату.
— Моя малышка! — Она всхлипывает, бросаясь ко мне. — Моя малышка дома.
— О, теперь ты вспомнила. — Я закатываю глаза, когда она обнимает меня и раскачивает из стороны в сторону.
— Я прилетела два с половиной часа назад, а вместо того, чтобы разнести полстраны в поисках меня, вы все здесь. Меня могли похитить и увезти в какой-нибудь подвал.