— Что⁈
— А-ха-ха, хи-хи! — девушка прыснула в кулачок, а потом стала вдруг серьезной: — Кто такая Малисса, которую ты звал, будучи без сознания. Твоя подружка?
Вот что ей ответить? Обманывать не хочу, но если скажи правду…
— Ну… можно и так сказать, — отвечаю, прикрыв глаза.
— И насколько вы… близки?
— Ближе некуда… — я закрыл глаза, встряхнул головой и когда открыл их — девушка опять исчезла.
Да что за хрень? Я вдруг понял одну простую вещь, которую сразу не сообразил: она пропала без единого звука, без малейшего всплеска воды или колебания водной глади. Вот стоит зубоскалит и… вот ее нет.
— Китсу?
Ответа не было. Я огляделся по сторонам, прижался к краю бассейна, чтобы эта хитрюга снова не застала меня врасплох… непроста, ох непроста девочка! Вся такая юркая, скользкая и… неуловимая.
— Китсу, ты пугаешь… — тихо проговорил я в пустоту, все еще оглядываясь. — Не смешно!
— Смотря кому! — сладенький голосок с жаром прошептал мне на ухо, и когда я обернулся — она снова меня обняла. — Так что, говоришь, ближе некуда⁈ Ближе меня⁈
На сей раз девушка лежала прямо на плитке перед бассейном, обнимая меня за плечи. Глаза против воли, словно потяжелели раз в пятьдесят и начали опускаться ниже. Ее огромные полушария подобно двум налитым грейпфрутам качались между предплечьями, слегка придавленные и от того выпирающие вперед еще больше. Просто потрясный объем и форма. Единственный минус — все это богатство было покрыто серебристой копной волос, аккуратно ниспадающей с обеих сторон. Вот же! Да она же специально это делает!
Я пригляделся внимательнее и понял, что Китсу мало того, что не лежит ровно, она… стоит на коленках и локтях, обнимая руками мою шею, подняв кверху стройные ножки и скрестив их… Блин, помню я эту позу, и нифига она не невинная! Мало того, из-за ее головы, особенно если чуть-чуть наклониться вбок — было видно другие два холмика. Вернее два аппетитных сбитых персика, и причем без единого клочка ткани, который мог бы прикрыть хоть что-то, оставив место воображению. Когда воображение сложило в целую картину все отдельно наблюдаемые участки — оказалось что девушка покачивается в ТАКОЙ развратной позе, что… твою мать, я живо себе представил, как оказываюсь с противоположной стороны, что при этом вижу и как мои загребущие лапки тянутся чтобы погладить это великолепие, скользнуть рукой вдоль прогиба до бедер… Самое страшное в том, что девушка была мокрой, и вода капельками стекала на плитку, а самое обильное количество влаги собралось как раз между ее бедер, создавая определенный и конкретный эффект, который воображение тут же подхватило,
— И куда это мы там смотрим? — ехидно поинтересовалась эта вредина, наклоняясь следом и перехватывая мой взгляд своими красивыми глазками. — Там есть что-то интереснее меня?
Я подавился следующей своей фразой, чувствуя, как наливаюсь краской. Попытался сообразить как на такое ответить:
— Нет… — я опустил взгляд, ища куда бы отвести его от этой бесстыжей вредины. — Ну то есть…
— Нет? То есть, ничего интересного там нет? Совсем?
— Ну, я хотел сказать, что, конечно, там есть кое-что слишком интересное, и…
— И это чем-бы-оно-ни-было — интереснее меня?
— Блин… ты зачем меня троллишь? Ты прекрасно поняла, что я…
— Я прекрасно поняла, что тебе интереснее смотреть куда угодно, только не на твою госпожу, которая, между прочим, считается самой красивой принцессой среди своего поколения! И я тут трачу время на такого глупого и недалекого, неотёсанного… хотя, прости, а сколько тебе лет? У нас возраст исчисляется немного по-другому, может ты еще слишком молод… ну, в смысле, тебе, наверное, рано…
Мои щеки были уже пунцовые, а эта вредосина продолжает рассуждать, словно на отвлеченную тему.
— Ах ты поганка! Ты сейчас серьезно? Ну держись!
Я недолго думая схватил ее за обе руки и рывком стащил в воду. Раздался вскрик и тоненький писк, тело плюхнулось, вызвав тучу брызг, да так, что меня обдало горячей водой источника целиком, включая лицо и голову.
— Baka! Больно между прочим! — с какой-то ноткой обиды в голосе выдохнула Китсу и со всего размаха брызнула водой.
Я зажмурился буквально на секунду, отфыркнувшись, и… девушка снова пропала.
Да что за нахрен, вот как она это делает? Я помотал головой по сторонам, уже понимая, что бесполезно.
— Китсу?
Никакого ответа. Мне вдруг в голову пришло, что я перегнул палку. Все-таки мне не давали разрешения так откровенно распускать руки. Игры играми, их культура мне не особо знакома, и возможно, что как раз девушка ведет себя нормально. Я слышал, что у них издавна омовения принимают в очень тесных пространствах, и это не значит абсолютно ничего в романтическом плане. Или же она со мной просто играет, а я тут…
— Китсу, ты… я тебя обидел?