Поезд от платформы 2: читать начало книги онлайн

Эмилия закрыла глаза и услышала твердый, успокаивающий голос Шарлотты, ее инструктора по пилатесу: «Представь, будто сквозь твое тело прочерчена линия; ее крайняя верхняя точка – макушка твоей головы, плечи опускаются и встают на место под ней, тело распрямляется, как если бы тебя зажало в ловушке между двух стекол в оконной раме…»

Инстинктивно Эмилия начала следовать воображаемой инструкции, которую последние четыре года выслушивала трижды в неделю. Вытянув голову вверх, она позволила лопаткам сдвинуться в более естественное положение. Но при слове «ловушка» ее мышцы снова напряглись, затвердевший «вдовий горб» ограничил подвижность шеи, плечи заныли. Сдавшись и решив не повторять неудачную попытку, Эмилия откинулась на спинку сиденья. Ей хватало других поводов для треволнений, чтобы еще заморачиваться осанкой.

Эта детектив, Джесс, была права – мартини спровоцировал тупую боль в голове. Вода лишь немного снизила ее остроту. Боль не ушла. Она продолжила центрироваться над надбровными дугами ореолом вины, напоминая Эмилии о том, что ей не следовало выпивать эти два небольших бокала.

Но ей было так хорошо, когда она их пила!

Прошло полгода с той поры, как Эмилия отказалась от алкоголя. Господи, она даже забыла, какое удовольствие он мог доставлять! Лоуренс был бы недоволен, но она тоже достаточно натерпелась из-за него за этот год. Все навалилось разом, за трагедией последовала черная полоса неудач и несчастий. Но они с Лоуренсом справлялись, они были живучими и стойкими перед лицом передряг.

Точнее, она была стойкой.

Именно это поняла о себе Эмилия сегодня – когда потягивала «Серого гуся» со льдом и оливкой, подрагивавшей у верхней губы. Да, это она была стойкой! И сильной. Она пережила самый тяжелый год в своей жизни и теперь смотрела на вещи с другого ракурса. Пришло время перестать хандрить, горевать и зализывать раны. Теперь настало время действовать, предпринять что-то самой.

Эмилия повертела головой, окинула взглядом тускло освещенный интерьер невзрачного вагона. Господи! До чего же она ненавидела эту линию «Бейкерлоо»! И ее станции, и ее поезда были настолько устаревшими, что создавалось впечатление, будто тебя возвратили по временному порталу в прошлое – в страну, еще не слыхивавшую о кондиционерах.

Так что теперь?

Разве она ожидала, что окажется здесь в ловушке? И будет вынуждена просто сидеть и ждать, когда кто-то явится и заберет ее отсюда, как ребенка из школы в конце учебного дня?

Только вот никаких признаков того, что кто-то спешил им на помощь, не было. Глаза Эмилии опять устремились к выходу. Скользнули к красной рукоятке аварийного отпирания дверей, спрятанной под стеклянной крышкой. Джесс сказала, что это небезопасно. Но что она могла знать? Электричество отключилось, разве нет? Не потому ли они застряли в этом допотопном, гадком поезде в чертовски темном тоннеле? Эмилия не стала настаивать на своем мнении. Не захотела провоцировать ненужный спор, особенно после загадочного выражения, которым Джесс описала ситуацию с машинистом.

Недееспособен?

Джесс явно осознанно выбрала такое туманное, неопределенное слово. Детектив что-то утаивала. Не желала раскрывать карты. Это Эмилия поняла.

Но терпеть долго она не желала. И про себя уже решила: надо донести свою точку зрения до остальных пассажиров. Только дождаться удобного момента – когда им тоже надоест это бездейственное сидение. Надоест настолько, что они согласятся и пойдут за ней.

Эмилии необходимо было выбраться из этого поезда – и она не собиралась упускать эту возможность.

Глава седьмая

Джесс снова показалось, будто время замедлилось. Она почти ощутила, как секунды растянулись в ее сознании. И поймала себя на том, что беспокойство стало прорываться наружу: средний палец быстро забарабанил по большому пальцу, и стопы в кроссовках начали отбивать в том же темпе чечетку по полу. Рука так и чесалась схватить с коленок телефон. Вот она уже потянулась к нему. Но Джесс согнула ее и вернула назад. «Потерпи!» Еще немного. Не стоит проверять время, чтобы не разочароваться.

Джесс в третий раз вывернулась на своем сиденье лицом к затемненному окну. Прижалась к нему лбом, выглядывая проблески фонарей поискового отряда. Он уже должен был выдвинуться им на помощь! Стекло обожгло кожу неприятным теплом, и Джесс поспешно отпрянула от окна. Не позволив глазам задержаться на кабине машиниста, она села прямо. «Сколько времени нам еще ждать? И сколько времени пройдет до того, как открытые раны в шее машиниста загноятся в этой духоте, вонь просочится под дверцей и выдаст остальным пассажирам правду о том, что действительно находится в кабине? Нет!» – мысленно помотала головой Джесс. К тому времени кто-нибудь точно придет за ними.

Но вопросы о случившемся продолжили мучить ее. И эти вопросы были важнее тех, что возникали при обычном убийстве. Они касались не только мотива – почему убили именно их машиниста? Но и способа, выбранного преступником для убийства. Он был гораздо сложнее обычного. Убийце удалось каким-то образом остановить поезд? Но каким? А если нет, то каковы были шансы того, что машинисту просто «посчастливилось» перевозить в этом составе своего заклятого врага, который не преминул воспользоваться случаем, чтобы убить его? Убийства, обусловленные сложившимися обстоятельствами и совершенные «в запале», были самым распространенным видом убийств. Но для того, чтобы выместить свою неприязнь к другому человеку, лишив его жизни таким способом и в такой ситуации, должно было совпасть очень много факторов.

В попытке скоротать время Джесс снова принялась разглядывать и оценивать спутников. Подозрительность – ее внутренняя Николь – вновь завладела сознанием. Кто из пассажиров более всего подходил на роль убийцы? Большинство из них были поглощены своими мобильниками. Даже Эмилия, похоже, занялась просмотром старых фоток в попытке сохранить душевное спокойствие. Джесс просканировала вагон по дуге, перевела взгляд с Эмилии на подростков, теперь наклонившихся в разные стороны. Хлоя, вытянув ноги, нервно покусывала нижнюю губу. Лиам играл в какую-то игру в телефоне. Джесс подумала об их родителях. Они должны были уже забеспокоиться. Наверное, сидели и гадали, куда запропастились их дети, насколько оправдана их подсознательная родительская паника и не лучше ли вообще запретить их чадам ездить по Лондону одним?

Видневшегося за ребятами любителя «Карлинга», который переместился уже на другую скамью и теперь сидел лицом к ней, Джесс попыталась проигнорировать. Не без усилий, но ей это удалось. Зато она отлично поняла натянуто-вежливую улыбку Дженны, то и дело отрывавшей глаза от мобильника, чтобы отреагировать на историю, которую ей рассказывал выпивоха. Такая улыбка как нельзя лучше подходила для того, чтобы просигналить собеседнику «мне это неинтересно», но не вывести его из себя откровенным игнорированием.

Вернув взгляд в свою часть вагона, Джесс задержала его на Исе. Девушка вставила в мобильник наушники и перелистывала треки в Spotify – видимо, подыскивала песни. Но выражение ее лица было хмурым, а ноготь отстукивал почти такой же нервозно-тревожный ритм, какой до этого отбивала по тыльной стороне чехла своего телефона сама Джесс.

Сол нашел за своим сиденьем смятый выпуск «Ивнинг Стандарт» и рассеянно водил по столбцам кроссворда шариковой ручкой, которую выудил из сумки для ноутбука. Но Джесс не была бы собой, если бы не заметила, что он тоже поворачивался к окну каждые пять минут, чтобы проверить, не показались ли в тоннеле их спасатели.

Было ли его поведение подозрительным? Джесс не смогла решить с ходу. С одной стороны, ей тоже хотелось, чтобы и спасатели, и полицейские пришли побыстрей и разобрались со всей этой чертовщиной. А с другой… Разве убийца не должен был отчаянно желать выбраться из поезда и сбежать подальше от места преступления?

Джесс поглядела на кабину машиниста. «Может быть, зайти туда и еще раз осмотреть сцену убийства?» – подумала она. И тут же отказалась от этой затеи. Она больше не работала детективом. И осмотр места преступления не входил в ее компетенцию. Кроме того, Джесс ничего не расследовала уже больше года. Как она вообще посмела взять на себя ответственность за его охрану? Но именно с этого она начала бы расследование в бытность детективом. И именно это Джесс сделала сейчас. Ладно, возможно, она и не так «заржавела», как думала. Но соваться снова в кабину ей все же не следовало. Своим вмешательством она могла лишь усложнить задачу криминалистам.

Джесс в который раз окинула взглядом людей, окружавших ее. В голове снова промелькнул вопрос: «Кто из них способен на такое?» Любопытство, которого Джесс не испытывала больше года, стремительно нарастало. А с ним и адреналин, подстегивавший ее найти виновного, чтобы правосудие свершилось, и он не избежал наказания. Уступив им, Джесс тихонько вздохнула и, перевернув мобильник на коленях, нажала на боковую кнопку. На главном экране высветилось время. Был почти час ночи.

– Что за черт? – Джесс не ожидала, что ругнется так громко. Так уж вышло, но взгляды всех пассажиров в вагоне моментально устремились к ней.

– Что такое? – полюбопытствовал Сол.

Джесс извинительно улыбнулась:

– Простите, я не хотела никого напугать или встревожить. Просто… прошло гораздо больше времени, чем я думала. – Внезапно все секунды, которые, как ей казалось, тянулись невероятно долго, стали реальными минутами. И, осознав это, Джесс вздрогнула, как от щелчка натянутой и отпущенной резинки. – Уже больше четверти часа… Почему к нам еще не пришли?