Поезд от платформы 2: читать начало книги онлайн

Сол кивнул:

– Именно это я и говорю.

– А если мы пойдем не по рельсовому пути, а рядом с ним? – спросила Эмилия; тон ее голоса сделался выше.

– Или по другому пути, – встряла Джесс, вспомнив историю о пассажирах, которые на три часа застряли на только что открытой Елизаветинской линии и, не дождавшись помощи, сами вышли в безопасную зону по специальному эвакуационному маршруту.

– Увы, когда строилась линия «Бейкерлоо», о здоровье и безопасности пассажиров не думали. Здесь не предусмотрены пути эвакуации. Вокруг другие линии или вообще ничего.

Судя по виду Эмилии, обводившей взглядом своих спутников в поисках поддержки, она еще не отказалась от своей затеи. Но отклик женщина нашла лишь у Скотта: тот выпрямился и даже уже занес ногу, готовый выдвинуться в сторону дверей.

«Похоже, его прельщает шанс поиграть в героя», – подумалось Джесс.

– Послушайте, – решительно заявила она, – мало того, что это опасно, это еще и правонарушение – бродить по путям без сопровождения уполномоченных лиц. Прошло всего сорок пять минут. Давайте договоримся: никто не будет пытаться выбраться из этого поезда и рисковать жизнью, хорошо? – Джесс смерила спутников многозначительным взглядом. – А то я вас арестую.

Любитель «Карлинга» ухмыльнулся:

– Хватит важничать, детектив.

Последнее слово он процедил с откровенным презрением, и первым порывом Джесс было дать заднюю. Этот человек понял, что она больше не являлась настоящим детективом-инспектором, а была «женщиной-которая-мать-и-домохозяйка», утратившей прежнюю хватку вкупе со своей индивидуальностью.

– Ох, Скотт, а не заткнулись бы вы, – рявкнула вдруг Дженна, и Джесс поняла, что сорокапятиминутное общение с дерзким выпивохой истощило ее терпение до предела. – Они оба знают, о чем говорят, – указала американка на нее и Сола. – Это небезопасно, чего непонятного? Мы остаемся здесь и ждем, когда люди Сола включат электричество или сослуживцы Джесс вызволят нас отсюда. О’кей? Мы не знаем, что творится там, на земле, – взгляд американки на мгновение устремился вверх, – и лично я не собираюсь рисковать своей жизнью, когда ради ее спасения надо лишь вздремнуть в этом чертовом поезде пару-тройку часов.

«А Дженна мне реально нравится», – решила про себя Джесс. Иногда эта напористая, бесцеремонная американская энергия приходится как нельзя кстати, чтобы поставить людей на место. Однажды Джесс довелось допрашивать одну свидетельницу, туристку из Канзаса, которая, увидев ограбление на улице, не побоялась вмешаться, схватила преступника и удерживала его до прибытия полиции. Поступок был, конечно, идиотский. Но истинная уроженка Канзаса даже не усомнилась в том, что поступила правильно, и что-то в ее непритворной убежденности очаровало Джесс. Хотя она все равно отчитала ее за безрассудство и строго-настрого наказала больше не геройствовать на лондонских улицах; у грабителей частенько имелись ножи. В ответ на это женщина рассмеялась, а затем проговорила с грустью в голосе: «Ох, милочка, у нас даже учителя ходят с пушками».

– Ну, при таком подходе… – пробормотала Иса, держа в руках наушники-вкладыши, вынутые из ушей во время разговора. И демонстративно опустилась обратно на сиденье.

Эмилия не отвела взгляда от Джесс, как будто тщательно обдумывала слова.

– Вы не понимаете, – заговорила она, обратив свою просьбу к американке, приведшей столь действенный аргумент. – Мне нужно домой. – Эмилия окинула забегавшим взглядом вагон и продолжила еще более слабым, умоляющим голосом: – Я готовлюсь к ЭКО, мне необходимо принимать гормональные препараты в одно и то же время каждый день. Мне нельзя пропустить их прием…

Джесс прониклась сочувствием к Эмилии, но выпускать ее из поезда не собиралась. Если бы Эмилия погибла на путях этой ночью, пропуск очередной дозы гормонов стал бы наименьшей из ее забот. Остальные пассажиры тоже отреагировали на признание Эмилии лишь сочувственными улыбками. А Дженна, на которую та смотрела с надеждой, беспомощно пожала плечами, вложив в этот жест невысказанные слова, прозвучавшие в голове Джесс с американским акцентом: «Я не знаю, что тебе сказать».

Через пару секунд, осознав, что никто из пассажиров не готов составить ей компанию, Эмилия, похоже, решила, что еще не настолько отчаялась, чтобы бродить по тоннелю в одиночку, и, надувшись, отошла от дверей.

– Хорошо, – сказала Джесс с наигранной теплотой, которую вовсе не ощущала в смятенной груди. – Давайте рассядемся по своим местам и постараемся расслабиться, насколько получится. Дженна права, нам ничего другого не остается, как сидеть и ждать.

Все расселись по прежним местам. Все, кроме Дженны. Явно пресытившись обществом Скотта, американка передислоцировалась на сиденье в ряду, занятом остальными. Скривив губы, выпивоха насмешливо посмотрел на нее, но воздержался от комментариев и вернулся к той скамье, что оккупировал поначалу.

Джесс тоже села, но пытливый разум бывшего детектива-инспектора не угомонился. Не минуло и минуты, как ее тело пришло в движение – раньше, чем мозг успел на это среагировать. Джесс вскочила на ноги и пошагала к кабине машиниста. Раз они застряли здесь неизвестно насколько, значит, ей надлежало выяснить, от кого именно исходила угроза.

И кто еще из пассажиров был в опасности.

Как только дверца в кабину машиниста закрылась за спиной Джесс, Дженна, прищурившись, метнула взгляд через проход на Эмилию. Если начистоту, то эта особа начинала уже раздражать. Ей нужно было взять себя в руки. Но Эмилия встретила взгляд Дженны с таким же любопытным прищуром и, поднявшись, последовала за Джесс. Она несколько раз постучала в дверцу кабины, но, что бы Джесс там ни делала, она не откликнулась. Вернувшись к своему месту, Эмилия пожала плечами под вопросительными взглядами попутчиков и только после этого села.

– Машинист мертв, не так ли? – произнесла Дженна, нарушив всеобщее молчание и озвучив то, что еще никто не высказал вслух.

Сидевший рядом с ней Сол вздохнул.

– Похоже на то, – согласился он.

– Тогда зачем она пошла туда опять? – спросила Дженна и обвела спутников взглядом, желая выяснить: их тоже это нервировало? Часть ее хотела встать и посмотреть, что делала в кабине мертвеца Джесс. Но за две недели, проведенные в Лондоне, американка осознала одну вещь: она не понимала британцев. А ей хотелось быть уверенной в поддержке спутников, прежде чем сделать то, что могло вызвать у них подозрение или неприязнь к ней.

Не гнать волну. Пожалуй, это было лучшее в такой ситуации, заключила Дженна. Стресс и клаустрофобия грозили в самом скором времени лишить всех способности к логическому мышлению. Так что проще было не высовываться, а пересидеть. Хотя большую часть своего запаса терпения Дженна уже исчерпала со Скоттом. Она заметила характерную вспышку в его глазах, когда осмелилась перевести взгляд на экран телефона. Эта вспышка вопрошала: «Как у тебя хватило наглости предпочесть что-то другое общению со мной – неотразимым?» Именно такая вспышка могла предшествовать угрозе изнасилования или убийства, если ты проявляла неосторожность, а также бесконечному потоку сообщений на ее почту в Twitter и Instagram с беспочвенными упреками в пренебрежении и неуважении. Будь у нее возможность легко сбежать, она послала бы этого настырного козла с его экскурсией по Лондону куда подальше. При первом же намеке на вероятность подобной реакции. К счастью, с той поры, как ей исполнилось двадцать восемь, Дженна научилась сдерживаться – обуздывать свои горячие порывы при необходимости.

Да, получалось у нее это, естественно, далеко не всегда.

И эта поездка в Лондон пока лишь высвечивала ее неполноценную зрелость. Дженна передернулась из-за… чего? Чувства вины? Ненависти к себе? Стыда?