О моем перерождении в сына крестьянского 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пакет с выпечкой плыл впереди, удерживаемый моим телекинезом и украшенный символом школы гастромагии: на чёрном фоне в ореоле стилизованного пламени медово-жёлтая, подрумяненная фигура из теста. Причём там изображался не простой кренделёк, как обычно, а сильно усовершенствованная версия: с хвостом вроде рыбьего, задними ногами как у птицы, передними со стилизацией под окорочка — с торчащими «суставами костей» — и шляпкой гриба вместо головы. Спинку этого жуткого, но симпатичного и определённо аппетитного тестомутанта покрывал стилизованный лиственный узор. Этим изображением гастромаги как бы объявляли, что могут использовать в готовке продукты любого происхождения.

И не лгали.

Пирожки в пакете — мелкие, с пол-ладони, каждый на один укус — действительно содержали самые разные начинки: мясные, рыбные, овощные, грибные, пряные, смешанные, сладкие. При этом внешне они практически не отличались, так что каждый очередной ароматный пирожок превращался в приз этакой беспроигрышной калорийной рулетки.

Сам-то я уже наелся, но Лейта исправно транслировала мне свои ощущения от всё новых и новых пирожков. Так что я нет-нет, да соблазнялся съесть ещё один. И ещё.

И ещё… м-ням!

Если посмотреть на центральную часть БИУМ, где прогуливались мы и ещё десятки тысяч разных разумных, сверху, получится громадное колесо. Или, при толике воображения, звезда. Девятка главных корпусов образует обод этого колеса — и хоть корпуса сами по себе велики и массивны, как здоровенные скалы, так что если встать «всего лишь» за полсотни шагов от любого, они нависнут над головой, заставляя задирать её, чтобы разглядеть их вершины — на общем плане они таковыми вовсе не кажутся.

Более того: несмотря на их массивную масштабность, разглядеть корпуса из большинства точек внутри «колеса» не удавалось. Силами Второго Дома на территорию набросили как бы каменное кружево, холод которого силами Пятого Дома смягчался обильной (но без чрезмерности) и очень разнообразной растительностью. В сумме с довольно многочисленными фонтанами это создавало эффект воплощённых в реальности садов Семирамиды, но с выраженными фэнтезийными мотивами. Сомневаюсь, что в реальных земных садах Семирамиды можно было присесть на самозаплетённые из кустов и лоз скамьи; что фонтаны можно без магии превратить в танцующие скульптуры (мне особенно понравилась то ли ныряльщица, то ли вовсе русалка, играющая с дельфином); что сколь угодно искусный садовник сумеет превратить живую сосну в присевшего, уснувшего и так, во сне, одеревеневшего старика.

А ведь помимо привычных, постоянных чудес сегодня сюда щедро сыпанули праздничных!

Покинув нижний, наземный ярус, мы перебрались по лестнице на второй, а потом и на третий. Вот отсюда три корпуса из девяти были видны почти целиком. И ближайшие окрестности тоже.

«Смотри, смотри!»

«Вижу. Здорово выступают!»

«И не говори».

На ближайшей, освобождённой от публики площадке танцевала шестёрка молодых людей: три девушки, трое парней. Заранее растянув почти невидимые для глаза, но явно светящиеся в магическом восприятии лески и наложив на себя Левитацию, без малого обнажённая и поголовно атлетичная шестёрка давала такого жару, что раньше я подобного и не видывал. А что-то хоть отдалённо схожее…

Ну, может, в «Звёздном танце» Робинсонов что-то этакое было.

Но вряд ли. Ой, вряд ли!

Синхронное плавание, художественная гимнастика, групповой танец? Нет, нет, всё не то! То есть да, шестёрка работала с изумительной синхронностью, словно связанная аналогом нашей тактической сети (и почему это «словно»?); да, это выглядело красиво до изумления, как отработанный цирковой номер или же танец… но такую свободу перемещения в трёх измерениях, такую лёгкость вращений, ускорений и фигур акробатики создать без магии, причём с активным применением чар манипуляции инерцией, не удалось бы и в открытом космосе, в полной невесомости.

Хотел бы я тоже уметь вот так!

Спустя всего лишь десять минут или около того (слишком рано… жаль!) шестёрка отменила Левитацию, вставая посреди площадки и кланяясь. Зрители захлопали, крича слова одобрения и мощно эманируя тем же одобрением, восхищением и — никуда не денешься — сексуальным желанием, хотя вполне прицельным, но из-за своей силы заметным даже со стороны. Шестёрка принимала всё это с достоинством и некоторой стоической привычностью.

— Вы видели групповое выступление, организованное клубом «Танцы Нархаэнэ»! После паузы мы представим вашему вниманию парный танец по мотивам «Исао Лаамион»!

«Подождём?»

«Нет. Вокруг и кроме выступления этого клуба есть на что посмотреть. Но если ты хочешь…»

«Нет-нет. Пойдём, поищем что-нибудь ещё».

И мы пошли. Но спустя всего минуту…

— Хо, староста! Пирожком не поделишься?

…нас нагнала частично знакомая компания.

— Пирожки не мои, так что и решать не мне.

— А чьи?

— А кто это там?

— Ого, какая прям вся…

— Ух ты!