Создаёт привычную атмосферу дружеской близости и непринуждённости.
Сам Гарих, тихушник, просто стоял в стороне, как обычно… и как обычно же изучал новый объект в поле зрения. То бишь моего клоносына. Молча. Что он там себе подмечает и какие выводы делает? Без понятия. Да, не так-то просто, глядя краем глаза на его каменную физиономию, заподозрить, что истинный характер нашего Авангарда довольно мерзкий. Он злопамятен, обидчив, мстителен, параноидален и, как будто этого мало, на удивление раним. Меланхолик, изображающий флегматика. Но изображающий так долго, упорно и талантливо, что в значительной мере перековался. Стал из того, каким уродился, таким, каким хотел бы себя видеть. Причём по большей части — без посторонней помощи! И без всяких читов, вроде осколков памяти о прошлой жизни, но с отягощением в виде неблагоприятной среды.
Self-made man, дистиллированный пример.
Что ни говори, везёт мне на талантливых людей. Правда, Гариха приметила и привлекла Ершица, но это уже мелкие детали. Принять другого и суметь не оттолкнуть — тоже не так-то просто; причём как раз с талантами, сплошь и рядом ершистыми (ха-ха!), нужна особая деликатность.
Господин Лапка соврать не даст!
Тут я вынужденно отложил философствования, поскольку в отдельном подземном зале, обычно зарезервированном за нашей командой, наконец-то появился Тарус. Зная, насколько тонкий у него слух, я без дальнейших прелюдий начал:
— О том, что мы с Лейтой скоро отбываем в Империю, вы все в курсе. О том, что мы готовились к этому, вы тоже наверняка догадывались. Так вот, часть этой подготовки наконец-то можно представить почтеннейшей публике. Знакомьтесь: Филвей! Мой, можно сказать, старший близнец.
— Что?
— Не что, Ершица, а кто. На время моего отсутствия он будет заменять меня в команде точно так же, как Лейту заменит Альтея… они подойдут чуть позже.
— Так. А можно объяснить попроще, не для глупых, а для совсем тупых? — предсказуемо взяла огонь на себя Шелари, пока воины-мужчины стояли и внимали. — Что ещё за старший близнец? И каким чудом Ассур должен заменить нам Наблюдателя?
— Я не Ассур, — хмыкнул клоносын. — Я просто так выгляжу. Мы пока не решили, стоит ли вообще оставлять мне такое лицо; позже, при общении с гильдейскими, его скорее всего придётся сменить, но уж перед своими-то, на первое время, можно предстать с натуральной рожей.
— И тебя не смущает, что ходить с чужой рожей незаконно?
— Не-а. В конце концов, это моя рожа, так почему я не могу её поменять?
— Потому что это запрещено в Гриннее!
— А я не гриннеец.
— Неужели?
— Чистая правда. Родился и вырос в Лесу Чудес, на нейтральной территории, поэтому вполне могу выбирать, под каким обличьем эмигрировать отсюда и легализоваться в Гриннее. Вот после легализации уже ничего менять не стану, но то после…
— Так, — Шелари зажмурилась, разжмурилась, вперилась в мою физиономию требовательным и самую малость отчаянным взглядом. — Вейлиф! Прекращай издеваться и объясни всё нормально!
— Хорошо.
— И прекращай улыбаться… так!
— Как? Так?
— Нет!!! Вообще прекращай! Это жутко!
— А по-моему, забавно.
— Вейлиф!
У Ершицы имеется специфический талант: она может произнести моё имя так, словно в нём даже гласные — шипящие. Наверно, это результат упорных тренировок, помноженных на талант. У меня вот таланта нет, поэтому я так не могу. А при попытках повторить уже на второй минуте начинаю кашлять.
Талант, однозначно.
— Хе-хе. Всё, прекращаю. Уже почти.
— С-с-стукну!
— Не надо меня стукать.
— Да, — покивал Филвей, — не надо стукать нас. Зелёная кожа тебе не пойдёт, потому что ты девочка из чилавекаф, а не гриб.