Мифы коми. От Пармы и небесной охоты до лесной колдуньи Ёмы и подземной чуди: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Научный редактор Аркадий Бауло

Книга не пропагандирует употребление алкоголя и табака. Употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью.

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Голубкова О., 2025

© Голева Т., 2025

© Панюков А., 2025

© Оформление. ООО «МИФ», 2025

Посвящение

Эту книгу мы посвящаем памяти Николая Дмитриевича Конакова – выдающегося этнографа и фольклориста, исследователя этнической истории, мифологии, традиционной культуры народов коми. Значимость открытий Николая Дмитриевича невозможно переоценить. Он проанализировал мифологию коми в контексте мифологий других уральских народов, разобрал структуру и содержание архаичных космогонических мифов, расшифровал древний промысловый календарь коми, изображения которого ныне являются своеобразным символом Республики Коми. Николай Дмитриевич написал серию работ о календарной символике дохристианских уральских верований и дал развернутое объяснение того, как она вписывалась в систему представлений древнего населения Предуралья и Прикамья. Фольклорные и этнографические записи он считал важнейшим фактическим материалом для реконструкции миропонимания людей прежних эпох. Он стал одним из авторов идеи международного проекта «Уральские мифологии», первым томом которого является «Мифология коми» (1999). Работы Николая Дмитриевича, в том числе статьи из «Мифологии коми», вдохновили авторов на создание этой книги и стали ядром многих ее сюжетов.

Благодарность

Сердечно благодарим Валерия Энгельсовича Шарапова за консультации, которые помогли сделать «Мифы коми» лучше, объемнее, интереснее. На основе его работ по этнографии и мифологии коми написаны разделы о человеческом теле и тени, о деревьях, болоте, рае.

Введение

Мифологические представления коми – один из богатейших комплексов самобытной этнической культуры. Верования народа отражают его исторический опыт, суждения о мире, особенности психологии, эстетические вкусы и этические нормы. Фольклорные и этнографические материалы – мифы, легенды, сказки, былички, ритуалы, культовые предметы, метафорическая лексика, поверья и приметы – дают яркую характеристику персонажам, помогают увидеть традиционную логику мышления, основанную на мифологическом мировосприятии, понять причины и условия формирования фольклорных образов. Представления о демонологических персонажах, реликты которых все еще актуальны в жизни народов коми, позволяют увидеть общие тенденции в развитии мифа, тогда как высшие божества, сказочные и эпические герои остаются аморфными и часто теряют связь с обыденностью.

К настоящему времени сложилось несколько подходов к изучению традиционного мировоззрения, в которых понятия «миф» и «мифология» наполнены разными смыслами. Мифом называют повествовательные тексты о богах, духах, обожествленных героях и первопредках, а также систему представлений о мире. Определение мифа как части языковой мыслительной деятельности дал К. Леви-Стросс. Он писал, что «миф всегда относится к событиям прошлого», но эти события в мифе «существуют вне времени»; «миф объясняет в равной мере как прошлое, так и настоящее и будущее», его цель – дать логическую модель для разрешения некоего противоречия, что предполагает развитие мифа как бы по спирали и его бесконечность, тогда как его структура остается прерывистой. Миф также может выполнять практические функции, поддерживая традиции и непрерывность культуры.

Мифологические воззрения и обрядность народов коми, до настоящего времени сохранивших многие дохристианские традиции, нельзя назвать языческими, так как они сосуществуют с церковной православной культурой. Народное миропонимание шире, чем христианство, поэтому, с одной стороны, суеверные представления дополняют христианскую идеологию, с другой – церковное учение дает новые мотивы для размышлений и мифотворчества народа. Для обозначения культурного комплекса, существующего вне строгих догм, используются понятия «народные верования», «народные представления», «народные традиции», «народное христианство».

Исторически коми-зыряне и коми-пермяки проживают на территориях, большая часть которых покрыта лесами. Этнолингвистическая общность этих народов может быть отнесена к ряду «лесных» культур славянских, балтийских и финно-угорских народов Европейского Северо-Востока России, которые вплоть до ХХ века жили в так называемом «деревянном веке». В традиционной системе жизнеобеспечения этих народов пространство леса до недавнего времени оставалось одним из основных источников промысловой добычи, а дерево было главным и самым легкодоступным материалом для обработки и строительства. Закономерно, что в традиционном миропонимании коми лес осмыслялся как один из доминантных символов мифопоэтической картины мира.

Еще одной яркой особенностью традиционного мировоззрения коми была постоянная тесная взаимосвязь между живыми и мертвыми. Считалось, что дух покойного навещает своих близких в течение долгого времени – до тех пор, пока его помнят и поминают. У коми были приняты ежедневные утренние поминки: садясь за стол, приглашали незримых гостей – умерших близких родственников, называя каждого по имени. С мертвыми часто общались через сны. В сельской местности эти традиции сохранились до настоящего времени.

Накопленный опыт исследования позволяет воспроизвести определенную часть единой картины мифопоэтического восприятия окружающего мира народов коми. Реконструкция дохристианских верований – одна из наиболее сложных задач, стоящих перед исследователями традиционной культуры: этнографами, лингвистами, фольклористами, археологами. Трудно отделить более поздние напластования, возникшие вместе с христианизацией, когда были привнесены элементы славянских представлений и обрядов, не менее трудно разобраться с изменениями народных верований коми под воздействием социальных и экономических условий. Реконструкция мировоззрения древних коми еще не завершена, однако на основании уже проведенных исследований можно достаточно полно охарактеризовать религиозные дохристианские представления народов коми.

Народы коми принадлежат к пермской подгруппе финно-пермской ветви финно-угорской группы уральской языковой семьи. Уральская языковая семья делится на две группы языков: самодийскую и финно-угорскую. К самодийским народам относятся ненцы, энцы, нганасаны и селькупы. Финно-угорская группа более многочисленна: в нее входят языки финнов, саамов, карел, вепсов, ижоры, эстонцев, ливов, коми-зырян, коми-пермяков, удмуртов, марийцев, мордвы, венгров, хантов, манси. Уральские языки обладают большим разнообразием и сейчас заметно отличаются друг от друга. Это обусловлено общей историей развития уральских народов и обширной территорией их расселения.

Археологические памятники эпохи мезолита на Вычегде и Печоре имеют сходные черты с памятниками Прикамья и Поволжья. В эту эпоху в обширном регионе от Печоры до Нижней Волги обитали родственные племена, этническая принадлежность которых точно не установлена. Есть предположения, что они принадлежали к уральской этнолингвистической общности. С точки зрения истории языка в V–IV тысячелетиях до н. э. (неолит) уральская общность разделилась на самодийскую и финно-угорскую. В течение III–II тысячелетия до н. э. (бронзовый век) финно-угорская общность разъединилась на праугорскую (предки венгров, манси и хантов) и прафинно-пермскую. Последняя позже распалась на прафинно-волжскую и прапермскую. В I тысячелетии до н. э. на основе прафинно-волжской общности возникли прибалтийско-финская (предки финнов, карел, эстонцев) и праволжская (предки марийцев, мордвы) общности.

Зырянка. Вотячка. Вотяк. Зырянин. Из альбома «Этнографическое описание народов России». Художник К. Фиале. 1862 г.

The Library of Congress

Представители прапермской языковой общности населяли берега Камы, Вятки, Вычегды, Печоры, Мезени и некоторых других рек. Согласно археологическим данным, в последние века до нашей эры и первые века нашей эры эта общность разделилась. Образовались культуры, одна из которых связана с предками удмуртов (вотяков), а другая – с предками коми. В середине I тысячелетия н. э. началась эпоха Великого переселения народов. На Европейский Северо-Восток вторглись воинственные кочевники-скотоводы гуннского племенного союза. По мнению археологов, именно с этим вторжением было связано разделение единой общности предков коми-зырян и коми-пермяков на две ветви.

Самоназвание народа – коми, коми морт («человек»), коми войтыр / отир («народ») – происходит, вероятно, от общепермского слова *komä («человек», «мужчина»). Существует версия, что этноним «коми» образовался от названия реки Кама. Зыряне и пермяки – это экзонимы (внешние названия этноса), усвоенные русскими, скорее всего, от вепсов. Коми, которые жили рядом с землями вепсов, именовались «зыряне» (от syrjä – «край», «граница»), а расположившиеся дальше на юге – «пермяки» (от perä maa – «задняя земля»).

О ранней истории народов коми известно мало. Предки коми-зырян – племена Перми Вычегодской – охотники и рыболовы, жившие по берегам рек Вычегды, Выми, Вашки, Лузы; предки коми-пермяков – Пермь Великая – жили в Верхнем Прикамье. Их соотносят с вымской и родановской археологическими культурами (IX–XIV и IX–XV века), которые были взаимосвязаны. Пермские племена активно пользовались водными путями, контактируя с соседями – прибалтийско-финскими народами, волжскими булгарами, древнерусскими княжествами, степными ираноязычными племенами, обменивая у них ценные меха на продукты земледелия, скотоводства, металлургии. В результате такого обмена пермские народы переняли навыки земледелия, скотоводства, металлообработки, ряда ремесел. В дальнейшем исторические судьбы пермян сложились по-разному, хотя оба народа развивались в едином государстве.

Первые упоминания пермских земель («Перемь») встречаются в «Повести временных лет» (свод XII века) и в новгородских грамотах XIII–XIV веков. Вероятно, с XII или XIII века Пермь Вычегодская входила в состав Новгородской республики или находилась в некоторой зависимости от нее. Новгородцы не сумели здесь прочно обосноваться. Земли пермян по рекам Луза и Юг контролировались Ростовским княжеством. В конце XII – начале XIII века на противоположных берегах реки Сухоны при ее слиянии с Югом были основаны Гледен и Устюг, ставшие опорными пунктами, вокруг которых началась русская земледельческая колонизация западной части бассейна Северной Двины. Спор за «пермские дани» между Великим Новгородом и Ростовом Великим (позднее его продолжила Москва) не прекращался веками.