— Ты с ума сошёл? — заорал Толик. — Нас же на лоскуты порежут, когда узнают. А они, млять, узнают! Это я тебе гарантирую.
— Толян, — спокойно проговорил я. — Можешь не участвовать во всём этом. Я сам справлюсь. Да и делать тебе ничего не надо. Нужно только помочь с погрузкой денег в машину, и всё. Остальное всё на мне.
— Твою мать! — Толик снова пнул стул, а потом с усилием провёл ладонью по лицу.
Вчера я пробежался до этого отделения в нашем районе. Как и говорил Толик, там находился только один охранник. Место в целом тихое, людей ночью там нет. Срисовал ещё камеры наружного наблюдения и наверняка они и внутри есть. Но это можно решить масками и неприметной одеждой.
Расчёт мой строился на том, что Азамат и его прихлебатели не ожидают нападения. Они знают, какая у них репутация в городе, и поэтому расслаблены. Да и Толик прав, никто не сунется к ним в здравом уме. Вот и они так же думают.
— Хорошо, — проговорил я, наблюдая за расхаживанием Толика. — Я пойду один, но мне нужно оружие. Нормальное, а не то, с которым вчера мы выступали. Может, у тебя остались старые связи брата. У них наверняка должны быть выходы.
Толик отрицательно помотал головой.
— Брат не особо знакомил меня со своими друзьями. Я знаком только с теми, кто был до того, как он подался к Азамату. А они все мирные, обычные люди. Кто-то на заводе работает, кто-то в мастера пошёл, сантехники, электрики и так далее. Но с криминалом никто не связан.
— Понял.
Это меня огорчило, но не сильно. Придётся искать альтернативу, например, возьму биту или трубу какую-то. Этого должно хватить, чтобы вырубить охранника.
— У меня есть, — неожиданно заговорила Наталья Михайловна.
Все повернулись к ней, а Толя аж прекратил изображать маятник.
— Откуда, — вздёрнул я брови. Не ожидал услышать, что у обычной учительницы может отыскаться оружие.
Михайловна пожала плечами.
— От мужа осталось. У меня охотником был. Муж давно помер, а ружьё осталось. Висит себе, есть не просит.
— А оно рабочее? — усомнился я.
— Должно. Я за ним ухаживала, но давно не использовала.
— Впрочем, — задумался я. — Необязательно рабочее. Оружие нужно больше для вида. Показать серьёзные намерения.
Мои мысли понеслись дальше. Раз с оружием решено, нужно думать об одежде. Лучше всего раздобыть какую-то спецовку. Что-то обезличенное. Наверняка в городе есть магазин спецодежды или что-то похожее на него. И лицо нужно будет прикрыть. Той же балаклавой, например. Где припарковать машину, я знаю. Присмотрел местечко в переулке неподалёку. Там как раз слепая зона для камер.
Остаётся ещё один вопрос — машина. Я ж водить не умею. Не на такси же туда и обратно ехать. Я рассчитывал, что Толик поведёт. Возьмём, как их, каршеринг, остановимся неподалёку и вперёд. Снова посмотрел на Толика, который продолжил наворачивать километры по кабинету.
— Я дам ружьё, — выбила меня из размышлений Михайловна. — Но при одном условии.
— Каком? — поинтересовался я. — Если вы о деньгах, то я и планировал отдать вам часть денег на погашения вашего долга.
— Нет, я о другом. Я пойду с вами, Егор Викторович, — уверенно заявила Наталья Михайловна.
Я ошарашенно посмотрел на неё. Тётка жжёт. Толян в отказ, а она в добровольцы записывается.
— И я, — пискнула Алёна.
— Ну тогда и я, — шагнула вперёд Тамара Дмитриевна.
— Да вы ё… ополоумели, бабы! — выпалил Толя, не сдерживая эмоций. — Вы хоть понимаете, куда лезете? Да вас…
— Погоди, Толя, — остановил его я и внимательно посмотрел на женщин, у которых был решительный и серьёзный вид. — Толик прав, дело серьёзное и женщинам там не место.
— Ну тогда оружие сами ищите.
Наталья Михайловна сложила руки на груди и сжала губы в тонкую линию, всем своим видом показывая, что отступать она не намерена. Подружки её отзеркалили её позу и сели, надувшись как мышь на крупу.