– И все же мне требуется убедиться, – настаивал Митя, и дворник, не решившись более перечить магу, помог тому зайти в постройку.
Печь все так же гудела, пожирая топливо, но Матвея и впрямь не оказалось, более того, не нашлось и останков, припрятанных истопником в укромном углу.
Митя только застонал, увидев опустевший тайник. Михалыч же рассудил, что Зеркальщику хуже, и почти что выволок мага наружу.
– Мне в департамент надо, – просил Митя, повиснув на мужике.
– Такой молоденький, а уже Зеркальщик, – охала какая-то девица, может, даже та, что подняла шум.
– Пущай наш лекарь вас глянет, уж хозяин мага завсегда у себя приветит, – ворчала тетка в переднике.
Так и вышло, что, не слушая Митю, челядь притащила его на кухню губернаторского дома.
Тут посаженный на стул стажер получил кружку чая с бубликами. А мальчонки-служки кинулись по делам. Кто к лекарю, кто в департамент.
Первым пожаловал Никифор Иванович, Варин отец. Увидев Митю, он чуть нахмурился, но от своего дела не отказался.
– Кто это вас так, господин маг? – спросил он, как до этого интересовался дворник.
– Не знаю, – скривился Митя, голову жгло от какого-то настоя. Стажеру не было видно, что там, шишка или рана, да, впрочем, и видеть не хотелось. Его мысли занимало другое: кто нанес удар и почему. Морщась от боли, Митя, чтобы отвлечься, сунул руку в карман, туда, где лежали бусины, и охнул, но не от действий аптекаря, а от пустоты, которую нащупал.
– Неужто выпали? – прошептал он, шлепая себя по карманам в надежде, что сам переложил хрусталики в другой да от удара подзабыл. Увы, бусины точно корова языком слизнула, впрочем, как и Матвея с его находками.
– Не беспокоит? – поинтересовался тем временем аптекарь, колдуя над несчастной головой студента.
– Благодарю, все хорошо, – соврал он, ощущая жжение и дурноту одновременно, но Никифор Иванович не унимался:
– Сколько пальцев видите? – Он помахал растопыренной пятерней, и мир вновь попытался уплыть от Мити.
– Три, – буркнул наугад стажер и зажмурился.
– Да уж, дружок, лихо тебя отделали! – произнес знакомый голос. – А все оттого, что ты старших не слушаешь. – Игнат Исаакович пожал руку аптекарю. – Спасибо за труды, оплату вышлем на дом.
– Полно вам, – отмахнулся аптекарь, – это же минутное дело, но я б вашего сотрудника все же в лазарет отвел и одного не оставлял, думается мне, сотрясение он заработал.
– О, поверьте, одного мы его уж точно не оставим, – прозвенел голосок Катерины Артамоновны, и Митя на секунду пожалел, что не умер. Но чего страдать о неслучившемся? Стажер открыл глаза, щурясь, как при ярком солнышке, и, стараясь говорить твердо, произнес:
– Господа, мне надо с вами поговорить. – Затем маг покосился на челядь, собравшуюся в кухне, и добавил: – Наедине.
– До автомобиля сам дойдешь? – поинтересовался наставник, но Митя замахал на него, будто полоумный.
– Стойте, Игнат Исаакович, мне некогда до департамента ехать, сейчас разговор держать надобно.
– Дмитрий, прекратите вести себя как ребенок, – одернула его начальница, – вы Зеркальный маг, а не капризный мальчуган!
– То-то и оно, – Митя попытался встать, но решил, что не стоит позориться очередным падением, – дело в детях, они в опасности.
– Дмитрий, прекратите, – процедила Катерина, сжимая кулачки.
– Это вы прекратите, выслушайте меня хоть теперь! – взмолился стажер, переводя взгляд с рассерженной волшебницы на наставника и обратно.
– Ох и упертый ты, Митя. – Игнат обернулся к прислуге: – Не могли бы вы оставить нас одних на пару минут? Дольше мы вас не задержим.
Челядь закивала и потянулась к выходу, оглядываясь на трех Зеркальщиков и шепчась меж собой. Митя был уверен, что сию же минуту по городу поползут самые разнообразные слухи, но это его не волновало. Едва помещение опустело и лишь запах спирта напоминал об аптекаре, как стажер начал свой рассказ.
Катерина при этом глядела в окошко и нервно теребила перчатки. Игнат покусывал трубку, хмуря брови. Как только Митя смолк, маг спросил:
– И что же, никаких улик вашего расследования не осталось?