Джони наклонилась к микрофону. «Им не дано понять: полет мой завершился».
Мгновение – и прозвучал финальный аккорд. Сделав глубокий вдох, она подняла голову и, почти касаясь губами микрофона, прошептала: «Я падаю…»
Угасла последняя нота, еще недавно глубокий звук ушел в пустоту. Душу защемило от тоски. В полной тишине Джони склонила обессиленно голову, и волосы черным занавесом упали на лицо.
Зал взревел.
Публика разразилась оглушительными рукоплесканиями. Джони опустила глаза – на несколько мгновений она позволила себе окунуться в аплодисменты незнакомцев, наслаждаясь триумфом. На короткий миг их связала музыка. Ее переживания, облаченные в слова, вылились наружу и попали этим людям в самое сердце, подобно рассекающему темноту снопу искр. Она уже давно не выступала в камерной обстановке, когда до зрителя было буквально рукой подать. Никаких тебе софитов, сценических костюмов и больших экранов.
Она медленно подняла голову, одарила присутствующих улыбкой и, обводя взглядом зал, почувствовала, как ее укутывает искрящаяся теплая волна. Продолжая скандировать ее имя, Мэгги и Лиз хлопали в ладоши как сумасшедшие.
Джони подошла к микрофону и низким голосом сказала:
– Спасибо за теплый прием. – Затем она сняла гитару и протянула ее улыбающемуся во весь рот музыканту.
– Просто невероятно! – воскликнула Лиз, обняв Джони.
– Равных тебе нет! – восторженно согласилась Мэгги.
На какое-то мгновение, в объятиях подруг, еще ощущая внутри отголоски собственных песен и бурление энергии в зале, Джони показалось, что все в жизни не так уж и плохо. Даже почти идеально. Она подняла взгляд на подруг… и, нахмурив брови, озабоченно спросила:
– А где Хелена?
Глава 15. Хелена
Не сводя с Остина глаз, Хелена медленно, но решительно приблизилась к нему. Теперь развитие событий зависело от нее. Слова были лишними. Вести с ним светские беседы она не собиралась.
Хелена подошла к парню вплотную. Их тела почти соприкасались.
Приятное лицо, ухоженные руки, накачанные мышцы.
Сгодится.
Она сжала губы и легким кивком обозначила свои намерения.
Юноша кивнул в ответ.
Хелена хорошо знала правила игры. И решила, что все случится, еще у стойки бара, когда приняла от него бутылку вина.
Остин пригладил свою белокурую шевелюру, излучая какую-то звенящую, нервную самоуверенность. Потом сжал ее руку в своей теплой, слегка влажной ладони и повел за собой. Спальня, кабинка туалета, кладовка, пустой коридор… Ей было без разницы, где все случится.
Остин плечом открыл дверь в закрытый на ремонт туалет.
Хелена плотно затворила дверь и повернула задвижку. В слишком ярком и резком свете лампы нос парня засиял жирным блеском. Вдоль линии роста волос его лоб покрывала едва заметная россыпь оставленных прыщами шрамов. Поры выглядели большими и растянутыми.
Он жадно, не без самодовольства, словно сам до сих пор не верил в собственную удачу, буравил ее взглядом. Оно и понятно – нашел подружку не в ночном клубе, а в туристическом приюте у подножия горы.
Она притянула его к себе за ремень и поцеловала, вдохнув в себя запахи сидра, мяса и чего-то кислого. Прижавшись к нему всем телом, почувствовала под джинсами отвердевшую плоть. А ведь она его даже не хотела; так относятся к последнему кусочку шоколада, к которому уже не очень-то и тянет, но доесть вроде нужно. Не выкидывать же.
Надо быстрее с этим покончить.
Хелена спустила свои черные брюки и трусики до колен, позволив мужчине посадить ее на край мокрой раковины. И не успела опомниться, как он был уже внутри нее.
Она попыталась задать нужный ей ритм, однако сбилась и утратила всякое настроение, краем глаза заметив на полу кусок скомканной туалетной бумаги. Хелена отвернулась и неожиданно в висящем на двери зеркале увидела собственное отражение. В этот момент она меньше всего походила на контролирующего ситуацию человека. От помады не осталось и следа; из зеркала на нее смотрела ожесточившаяся одинокая женщина.
Хелена закрыла глаза.
А потом чуть не вскрикнула от боли – Остин сжал ее груди. Почему-то слишком мягкие. Что-то не так. Она еще глубже подалась вперед и начала двигаться в нарастающем темпе.