Измена. Ты нас предал, Дракон!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А тебе не все ли равно, что станет со спиной той, кто глазки твоему мужу строил?

— Мне тогда розг не хватит, мама. За Ридом всегда волочились толпами. — говорю и тут же смолкаю, будто на камень напоролась. — Дело не в них, а в том, как он себя поведет.

— А какой выбор ты ему оставляешь? Что будет делать мужчина, если жена бесконечно корчит из себя мученицу и близко к себе не подпускает?

— Мама, хватит, — устало прошу я и уже жалею, что влезла в спор. — В своей жизни я сама разберусь.

Оставляю ее и беру курс во двор, куда и хотела пойти, чтобы проведать сына. А в голосе эхом звенят слова матери.

Что будет делать мужчина, если жена корчит из себя мученицу и близко к себе не подпускает? Не знаю. Пусть делает, что хочет. Чем больше ошибок он совершит, тем проще от него спастись!

— Госпожа! Госпожа! — раздаются тревожные крики, едва я выхожу во двор.

Задаться вопросом, что случилось, не успеваю. Вижу, как повитуха с Дэриэлом на руках и целительница испуганно спешат к крыльцу, а их спины закрывают стражи Рида. От кого?

От стражей в красных мундирах. Стражей самого короля.

— Леди Мэлони Дидрих?! — спрашивает служивый со строгим, даже пугающим лицом.

— Что тут происходит?! — выскакивает на порог мать. — Я хозяйка этого дома! Что тут стряслось?

— У нас приказ короля, госпожа.

— Какой еще приказ? — вклинивается личный страж Рида и напрягается до кончиков пальцев. А вместе с ним и я.

— Арестовать Ее Светлость Мэлони Дидрих и ее новорожденного ребенка! — выдают служивые, и земля уходит из-под моих ног.

Глава 34. Рупор богов.

Рид Дидрих

И на что я рассчитывал? Чего ожидал от женщины, чье сердце разъедает яд шипов, которыми я собственноручно обвил это самое сердце?

Она колотит, что есть силы, маленькими кулачками по моей груди. Телу не больно. Больно сердцу. Моему. Но ее сердцу куда больнее.

— Ненавижу! — говорит она мне, но лжет.

Ненависти ко мне у нее нет. Она ненавидит весь мир, и ту истинность, что до сих пор связывает нас. Ненавидит себя, за то, что в ее душе все еще есть место для предателя. Теперь я это знаю. Я ее чувствую, как себя.

— Хватит. Ты себе навредишь. — останавливаю ее руки и даю подсвечник.

Пусть выместить свой гнев, пусть бьет, пока ярость не утихнет, но Мэл не смеет так поступать.

Она не из тех, кто уничтожает других во благо себе. Она — созидание, она очаг, а не разрушение. Разрешение — это я. И с каждой минутой, что я смотрю на лицо любимой женщины, я все глубже и глубже понимаю, что натворил.

Просит уйти, а я не хочу ее покидать. По мне лучше бы тело пронзили тысячи булав, нежели опять выдерживать дистанцию. Но с каждой секундой, что я пытаю любимую женщину, своей близостью к ней, я только все порчу.

Покидаю ее комнату, оставляя дверь открытой. Знаю, что она не пойдет за мной. Это дверь для меня, потому что я вернусь. Вопрос только – когда.

Дали бы боги ответ, сколько времени нужно, чтобы ее боль угасла. Она угаснет. Обязательно угаснет. Я знаю. Увы, не знаю только, когда.

До полуночи я могу бродить здесь, бросая взгляд на окна комнаты Мэл, будто тайный воздыхатель, подглядывающей за возлюбленной. У нас все наоборот. Легкое начало, и гоблинские испытания после.

Моментальное письмо отвлекает от мыслей. Некромант, что должен был помочь мне с меткой Тьмы, наконец-то, обнаружен. Если отправлюсь сейчас, то успею. Нужно попрощаться с Мэл, но мой приход вызовет очередную боль в ее сердце. Молча уйти еще хуже. Нужно письмо.

Хочу написать пару слов, чтобы поставить в курс дела, а перо само берет размах, крайне непривычный для меня. Из генерала в писаря — что со мной делает эта женщина?

Сворачиваю пропитанный чернилами лист, опускаю в конверт и лью на язычок сургуч. Письмо должна прочитать Мэл, а не третье лицо.