— Не сейчас. Я возвращаюсь в зал совещаний. Разбудите Софию, она должна присутствовать, когда мы свяжемся с Цельскими. И доложите всё в посольство… хотя, уже, да? — я взглянул на Гришку. Тот красноречиво молчал.
Конечно же сообщили. Это их работа.
В зале совещаний кипела работа. София явилась через десять минут и выглядела поразительно собранной. О недосыпе говорил лишь её расфокусированный взгляд.
Я быстро объяснил ей обстановку. Она хмурилась, но по итогу спросила, что она может сделать.
— Если цельские выступят против Кнежевича, мы сможем зажать его здесь, — я указал на карту, где Непчич отметил заброшенный аэродром. — Мы ударим с востока, Цельские — с запада.
— Я постараюсь их убедить, но не могу ничего гарантировать, — произнесла она. — Клан моей матери не вступает в открытые конфликты. Они более дипломатичны, чем Кнежевичи или Караджичи. Но при этом очень близки к столице и обеспечивают её безопасность с севера.
— Они понимают, что на кону судьба страны и тебя лично. А вместе с тобой — всего их влияния при дворе, — сухо проанализировал я. — Цельские больше всех остальных заинтересованы в твоей победе, София. Во время разговора сделай упор на этом.
— А что Ваше Высочество будет делать, если Цельские всё же поддержали Кнежевича? — к нам подошёл Непчич.
— Это невозможно, — решительно заявила София, сверкнув глазами. — По Вашему, клан, связанный с князем родственным браком, будет поддерживать его врагов? Нет, невозможно.
— Они союзники Рейха, — упрямо произнёс Непчич. — Немцы вполне могли договориться о союзе против клана Зринских. Иллирия нужна им, как мост в Италию и быстрый доступ в Адриатическое море.
— Цельские — партнёры, а не союзники Рейха, — поправил я. — И подданные князя Адриана. Они гораздо больше потеряют от победы Кнежевича, чем приобретут. А вот победа княжны Софии для них имеет смысл.
— Тем хуже будет нож в спину, с их стороны.
— Хотели бы — уже нанесли.
— Выжидают.
— Своим недоверием, воевода, Вы оскорбляете мою семью! — вот тут София не выдержала и вспыхнула.
Непчич нахмурился и прекратил спор. Но убедить его до конца у нас определённо не вышло.
Тем временем мы следили за оперативной обстановкой. Войска гарнизона заняли освобождённые Кнежевичем пригороды. Теперь весь Загреб был в руках нашей стороны. С одной стороны — победа, с другой — противник сохранил основу своих сил.
— Мне нужна связь с системой противовоздушной обороны, — произнёс я.
— Мне бы тоже не помешало, — произнёс Непчич. — Но армия, фактически, не вмешивается в конфликт. Потому что как только хотя бы одно подразделение примет сторону, то другие командиры тоже осмелеют и гражданская война вспыхнет неизбежно. Этого ещё не хватало! Тем более, что министерство обороны за Кнежевичем.
— Только само министерское кресло, — поправил я. — Уровнем ниже сидят и Цельские, и Караджичи. Именно с них и можно начать. Потому что если Кнежевич движется в аэропорт, значит он собирается принимать самолёт.
— Аэродром непригоден, я уже говорил! Для его восстановления требуется время. Мы не дадим Кнежевичу его! Пусть он и подорвал мосты, но силы гарнизона уже перебрались на другой берег Савы. Восстановить взлётно-посадочную полосу он попросту не успеет.
— Ты его недооцениваешь. Почему?
— Потому что я не хочу сбавлять темп преследования из-за твоей осторожности. Мы и так потеряли драгоценное время, когда могли смять его в пригородах Загреба, зажав с двух сторон. Пострадала бы пара районов, но конфликт бы завершился.
— Едва ли, — я покачал головой. — Он ведёт себя слишком уверенно для человека, который загнан в угол. У него точно есть план. Какой? Вот это надо узнать. А сейчас мне нужен Анте, пора привести его предупреждения в действие.
Сам парень нашёлся на самом верху. У раскрытого окна, в которое он смотрел, оперевшись на подоконник. Рядом с ним хмуро дежурили двое охранников, готовые в любой момент придержать его от любых глупостей.
— Я хочу на крышу, — произнёс он. Он не выглядел подавленно. Скорее… опустошённо. Будто принял то, чего он хотел меньше всего на свете. — Пусть пустят.
— Полетать вздумал? Сдался уже?
— Нет, — процедил он. — Тут душно. Мне надо воздуха и пространства.
— Сначала доведём дело до конца, потом я организую тебе что угодно. Кнежевичей ещё можно спасти. Если ты сделаешь обращение к нации, как и обещал Непчичу. Что ты поддерживаешь Софию и вместе с ней за международное расследование. А также, что призываешь Михаэля Кнежевича к ответу и, самое главное, призываешь всех членов его клана сложить оружие, для стабильности государства. В этом случае Кнежевичи отделаются малыми потерями.
— Это клан… они не пойдут против своего графа. Вместе до самого конца — таковы правила. Не знаю, как у вас — у русских — но мы держимся вместе. Чем больше трудности — тем сильнее наша сплочённость, — с гордостью заявил он.