Я резко развернулся и увидел, как она улыбается мне из своего голубоватого персонального поля первого уровня. Оно каким то образом протиснулось мимо моего и теперь покачивалось неподалеку от устья заваленного туннеля, ведущей) в камеру Включателя.
— Ты проделала весь обратный путь внутри этого?
— Это все равно, что находиться внутри огромного мячика для пинг-понга. Просто здорово!
Я покачал головой и отключил свое поле второго уровня. Вода тут же хлынула в неожиданно образовавшееся пространство и в мое поле первого уровня. Я напоследок проверил, герметична ли маска, сделал глубокий вдох и неохотно отключил персональное поле.
Вода тут же ринулась на меня со всех сторон, едва не вышибив из меня дух, но тут уж ничего не поделаешь. Мгновение спустя я уже закреплял конец троса Эрики к короткому блестящему стержню, соединяющему сферы Искры Жизни.
— Бросающий Вызов, ты готов?
— Да. Очень приятно снова оказаться в воде.
— Не сомневаюсь. Эрика, ты как?
— Дай мне только добраться до Бросающего Вызов и постарайся не запутать трос, — в воде мимо меня проскользнула ее изящная фигурка. — Ну вот. Все готово.
— Тогда вперед! — резкий толчок ногами перевел меня в горизонтальное положение, и я запустил двигатель на первой скорости. Через мгновение мы уже плыли по туннелю, таща за собой на трех длинных тросах Искру Жизни. Автономную систему плавучести, прихваченную с собой как раз на подобный случай, мы закрепили на стержне Включателя и, кроме того, Эрика прикрепила к нему дистанционно управляемые рули. Теоретически теперь Включатель пребывал в состоянии нейтральной плавучести, и ему полагалось без помех скользить под водой. Однако только опыт мог показать, будет ли вся эта система столь же безотказно действовать в узком стволе туннеля.
— Какого черта! — пробурчал я, ни к кому, собственно, не обращаясь, когда мы повысили скорость сначала до второй, а потом и до третьей. Хотя, в любом случае это куда лучше, чем переть чертову штуковину на руках. И если уж она пересекла половину галактики, и ничего с ней не сделалось даже при столкновении с планетой на скорости света, пара ударов о стены в мягкой морской воде вряд ли ей повредят. А любой жестянщик запросто выправит вмятины.
И получит за это здоровенную бутылку виски, мрачно добавил я про себя.
Глава 41. Встреча с Паупаутамом
Следующие двадцать пять минут буксировки Включателя стали настоящим мучением: сначала мы тащили его по широкому туннелю, ведущему к воздушной камере, потом по узкому туннелю, прорезанному Эрикой совсем недавно, чтобы затопить нас водой.
Новый туннель начинался всего в тридцати футах под воздушной камерой и вел горизонтально к шахте с уклоном в сорок пять градусов, проделанной Яйцом. Ради скорости мы двигались, не включая полей, доверив свои жизни надежности каменных сводов и наполняющей туннели воде. Когда мы друг за другом вплыли в первый из узких туннелей, я почувствовал, что если когда-нибудь и заработаю клаустрофобию, то этот момент, пожалуй, настал…
Я нервно сглотнул и сосредоточился на небольшом жсл том пятнышке в шести футах передо мной, плавнике скафандра Эрики. Потом велел сам себе не думать о гранитной глыбе над головой, и о разъяренных фанатиках на верхушке этой глыбы, и об арсенале этих разъяренных фанатиков г их плазменными ружьями и атомными ракетами, на коих значилось одно имя — Ларри Мэдиган.
Теперь, когда ему известно, что я где-то у него под ногами, сможет ли преподобный Шем каким-то образом от следить наше местонахождение и поджидать нас, когда мы окажемся на поверхности? Такие мысли радости не добавляли.
Я плыл вперед и пытался вообще ни о чем не думать.
Через целую вечность, а на самом деле через двадцать пять или тридцать секунд, мы достигли прохода, вырезанного Бросающим Вызов под углом в сорок пять градусов. И начали спускаться по нему, по-прежнему друг за другом. Через минуту мы оказались в более широком туннеле, который тянулся под оборонительным периметром острова, и я издал тихий вздох облегчения, почувствовав, как улетучивается страх.
Но только когда мы добрались до вертикальной шахты, выходившей на океанское дно, я наконец осознал, что у нас действительно имеются шансы выбраться из-под всех этих миллионов тонн гранита…
Даже когда мы оказались в относительной безопасности открытого океана, мысль о том, что нам предстоит еще целых шесть миль проплыть в чернильных водах, только на сей раз не включая фонарей, показалась мне невыносимой. Допустим, у Сыновей Ноя все же имеется хоть какой-то флот, и сейчас их корабли ищут нас звуковыми детекторами, пытаясь уловить шум наших двигателей, несущих прочь со скоростью двадцати трех миль в час. Большого флота для этого вовсе не требуется — с полдюжины человек и быстроходный катер, возможно, этого вполне достаточно, чтобы справиться с нами.
На самом деле все надежды оставались на способности Эрики провести нас к месту встречи в полной темноте, и на то, что Невидимка окажется там.
И что нас не будет поджидать никто другой.
Долгие, очень долгие шестнадцать минут я прислушивался к голосу Эрики, направляющей меня к месту встречи…
— Я на глубине семнадцать футов, продвигаюсь вперед со скоростью 647 миль в час, собираюсь тормозить с перегрузкой в 4,7 «же» и прибуду на место встречи приблизительно через девятнадцать секунд, — послышался из моего коммуникатора голос Невидимки. В жизни еще не слышал ничего более приятного.
— Отлично! — отозвался я, — Сейчас мы на глубине семнадцати футов и собираемся всплывать примерно со скоростью мили в час там, где укажет Эрика. Смотри только, не сядь нам на головы.
— Не сяду.
Он сдержал свое слово. Через двадцать секунд моя голова вынырнула из воды в ночной воздух залива. Как и обещал Паупаутам, шлюпка висела в нескольких футах над волнами с открытым колпаком, и Невидимка перегнулся через борт, вытянув руку. На нем был все тот же матросский костюм, что и вчера, когда он провожал нас.
— Скорей! — поторопил Паупаутам. — Сюда направляются, по крайней мере, три пузыря. Первый из них будет здесь через девяносто секунд.
Я ухватился за его руку в перчатке, и он одним легким рывком вытащил меня из воды и забросил в шлюпку. Я встал на колени, повернулся, и мы вдвоем втащили в шлюпку Эрику. Мгновение спустя щупальца Яйца уцепились за спинки кресел, и мокрая туша Незапамятного сама втянула себя на борт.