— Не волнуйтесь. Никто из ваших не пострадает. Обещаю.
Он бросил взгляд на помощника. Тот молча кивнул и немедленно удалился выполнять приказ.
Спустя час Лиза шагала по коридорам «Сеула» — флагманского корабля Звёздного Флота. Всё тело ныло от боли, каждая ступень отзывалась глухой волной усталости. Навстречу ей вышел сам капитан. Лицо у него было мрачным, но взгляд — уважительным. Лиза заметила перевязанное предплечье — след боя, пережитого совсем недавно.
По пути в медицинский отсек повреждения становились всё очевиднее: деформированные балки, прогнувшаяся внутрь обшивка, стойкий запах горелой проводки. Ремонтные бригады уже работали — заваривали пробоины, тушили последние очаги огня. Но самой наглядной иллюстрацией битвы были раненые. Кто-то сидел, прислонившись к стене, кто-то лежал на носилках в ожидании помощи. Бледные лица, перебинтованные руки, кровавые повязки… Им удалось выжить, но цена спасения оказалась высокой.
В ярко освещённом медпункте царила напряжённая, но чётко организованная суета. Молодая врач с сосредоточенным лицом ловко перевязывала глубокую рану на плече пилота. Тот, превозмогая боль, с жаром рассказывал, как их звено заходило на вражеский корабль, и как после вспышек зелёно-белых звёзд они всё-таки пробили ослабевшую защиту и повредили харонский крейсер.
На полуслове он осёкся, уставившись на Лизу, стоявшую в дверях. Глаза его расширились.
— Это она, — тихо сказал он.
Врач проследила за его взглядом и тоже увидела Лизу.
— Кто она?
— Командующий, — ответил пилот.
— Сейчас вами займусь, — твёрдо сказала она, ещё раз взглянув на девушку.
Лиза кивнула и слабо улыбнулась пилоту. Врач подошла и осторожно принялась за её раненую руку: обработала ожог, нанесла мазь, наложила повязку.
— Заживёт, но шрам останется, — буднично заметила она, затем занялась ссадиной на лбу.
Капитан «Сеула», стоявший неподалёку, явно хотел задать сотню вопросов, но врач, не обратив внимания на его выразительный взгляд, спокойно достала шприц.
— У вас ещё будет время поговорить, — твёрдо сказала она. — А сейчас ей нужен сон.
Укол. Обезболивающее, успокоительное, снотворное. Глаза Лизы начали медленно закрываться. И вот, спустя долгие часы боли и напряжения, она наконец погрузилась в глубокий сон — обрела покой.
Офис Германа располагался на одном из верхних этажей самого высокого небоскрёба Новой Селены — делового центра планеты, — который пронзал небеса, словно игла, сделанная из синего стекла и отполированного металла.
Внутри царила атмосфера сдержанной роскоши и функциональности. Просторное помещение было оформлено в минималистичном стиле, но каждый предмет мебели — от массивного, но изящного стола из тёмного дерева в центре до эргономичных кресел — говорил о безупречном вкусе и немалых затратах. Не было ничего лишнего, отвлекающего взгляд, кроме одного: панорамного окна, занимавшего всю внешнюю стену.
За этим окном простирался захватывающий вид. Солнце, озаряя нижние ярусы города, создавало игру света и тени на футуристических постройках, уходящих вдаль — к горизонту, где с одной стороны сливались ярко-голубое небо и изумрудные водные глади, а с другой — высотные башни, словно шпили храмов, касались облаков.
На столешнице, между местами для участников, едва заметно пульсировали небольшие голографические проекторы, готовые в любой момент вывести нужную информацию. Воздух в помещении был свежим, с лёгким ароматом озона, а едва слышный фоновый шум создавал ощущение спокойствия и уединённости — несмотря на бурлящий мегаполис внизу. Это было место, где принимались решения, способные изменить ход истории.
Двери офиса Германа бесшумно распахнулись, и в просторное помещение вошли Картер, Хан и Елизавета Лон. Увидев панорамный вид на залитый солнцем мегаполис, девушка ощутила странный диссонанс. Казалось, с прошлого раза, когда она была на подобном совещании, прошло совсем немного времени, но в душе ощущалось, будто пронеслась целая жизнь, вместившая в себя битвы, потери и немыслимые открытия.
В офисе уже собрались все участники. У массивного стола из тёмного дерева сидел Герман — его взгляд был спокоен и сосредоточен. Рядом с ним расположилась Катарина, представительница Звёздного Флота, чьё лицо отражало напряжение и серьёзность момента. Далее, занимая свои места, находились четверо представителей крупных корпораций — их выражения лиц были смесью любопытства, расчёта и обеспокоенности.
У отдельного терминала, живо о чём-то споря с мэром города, стоял адмирал Аваков. Его жесты были резкими, а голос — низким и настойчивым. Неподалёку от них располагались несколько представителей силовых структур — их присутствие добавляло совещанию официальности и веса.
Картеру, Хану и Лизе жестом указали на свободные места. Они заняли их, и Лиза вновь оглядела присутствующих, чувствуя на себе их внимательные взгляды. Атмосфера в кабинете была наэлектризована. Пришло время принимать решения.
— Ты всё же поступила по-своему, — произнёс Герман, обращаясь к Лизе. В его голосе не было осуждения — лишь констатация факта, смешанная с лёгкой долей восхищения.
— У вас слишком неповоротливая система управления, — парировала Лиза. Её голос был чуть хрипловат, но твёрд.
Герман усмехнулся, его взгляд скользнул по панорамному окну.
— Зато эффективная. Как бы там ни было, я рад, что ты поступила по-своему. Это спасло много хороших жизней.
Он посмотрел на адмирала Авакова, и тот кивнул в подтверждение, признавая неоценимую помощь контрабандистов.
— Может, теперь расскажешь, что за оружие вы использовали? — спросил Аваков. Его тон был уже не вопрошающим, а скорее требующим ответа. — А самое главное — где его взяли? Наши специалисты не могут даже понять, как его открыть, не сломав.