— Я так и знала, что этот мальчишка глупость совершит, — проскрипела она. В её голосе звучало не осуждение, а скорее печальная констатация факта.
— Тебе поступило предложение, Лорд, от которого нельзя отказаться, не покрыв своё имя тенью позора. Ты это знаешь.
Она вновь опустила взгляд на книгу, а затем подняла его, словно в её глазах отражались тысячелетия.
— Но послушай, что я скажу. В этой книге — твоя судьба. Здесь указано, что это переломный момент в твоей жизни, и от выбора, который ты сделаешь, будет зависеть не только твоя участь, но и судьба Империи.
Старуха сделала шаг ближе. Её голос стал ниже, почти гипнотическим:
— Согласишься на то, что тебе предложили, — и покроешь своё имя славой. Но лишь на мгновение. На миг. И погибнешь у чужой звезды.
Она выдержала паузу, позволяя этим словам осесть в сознании Валериана.
— Откажешься от предложения — и покроешь имя позором. Но взамен сможешь получить власть и силу, о которой даже мечтать не мог.
С этими словами старуха закрыла древнюю книгу. Её лицо было непроницаемым. Она низко поклонилась — гораздо ниже, чем обычно, — словно прочла в книге нечто большее, чем сказала, и узнала что-то ценное не только для лорда, но и для себя самой. Не спрашивая разрешения, она медленно повернулась и удалилась в тень, растворяясь в глубине Зала Древних Ответов, оставляя лорда Валериана одного с его мыслями — наедине с тяжёлым бременем услышанного и необходимостью принять решение.
Глава 16
Напряжение на капитанском мостике «Мародёра» было почти осязаемым. Каждый член экипажа нервно поглядывал на Елизавету Лон, стоявшую у главного обзорного экрана и молча наблюдавшую, как Сат-Тана стремительно росла в размерах, поглощая всё больше пространства. Лицо дочери миллиардера оставалось непроницаемым.
— Подходим к точке, что указала мисс Лон, — голос Хана звучал ровно, но в нём сквозило недоумение.
На экране планета казалась неподвижной стеной из оранжевой пыли.
— Малыш, — голос Седого был спокоен, но в нём чувствовалась сталь. — Держи курс чуть правее.
— Я не понимаю, капитан, — не выдержал Вакс, приникнув к вспомогательному монитору. — Где тут можно оснастить нас плазменными пушками и системами «Скайнекс»? В этой системе нет ничего, кроме мёртвых планет.
Заявлению Елизаветы Лон в баре «Сицилия» о том, что модернизация будет проходить на Сат-Тане — прозванной в экипажах просто «Сатаной», — не поверил ни Седой, ни Хан, ни Малыш. Даже Катер пропустил её слова мимо ушей, решив, что Лиза просто не хочет раскрывать карты раньше времени.
Теперь весь экипаж «Мародёра», как и команды шедших рядом «Бродяги», «Занозы», «Сивуча», орбитального «Лихача» и даже яхты «Шустрик», напряжённо вглядывались в каждый угол системы Малькар в надежде отыскать спрятанную базу. Искали — и не находили.
Джетта, не отрываясь от консоли с мерцающими индикаторами, скептически хмыкнула:
— Сенсоры орут о буре на Сат-Тане. Ни данных о рукотворных объектах, ни старых маяков — ничего. Пустота и пылевая завеса.
Все взгляды вновь обратились к Елизавете Лон в поисках ответа, но она молчала. Лишь слегка кивнула Хану, подтверждая курс, и снова уставилась на бушующую планету. Её лицо оставалось непроницаемым, взгляд — целеустремлённым.
Фёдорович, до этого молчавший, покачал головой и усмехнулся в бороду:
— Если здесь и есть база — она чертовски хорошо спрятана. Либо нас всех держат за дураков. Впрочем, я уже привык…
Заяц, стоявший у входа в грузовой отсек, равнодушно пожал плечами:
— Мне всё равно, где тут база. Главное — чтоб груз не пострадал. А эти игрища богачей — не моё дело. Хотят — пусть ищут в пыли чудеса.
Седой нахмурился. Этот рейс нравился ему всё меньше. Точка, указанная Лон, оказалась пустышкой. Ничего — только безжизненная, яростно пыльная планета.
— Где, чёрт возьми, она собирается проводить модернизацию? — в который раз мысленно повторил он.
Вдали, на фоне тьмы космоса и зловещего красного диска Малькара, угадывались силуэты других кораблей, втянутых в эту безумную авантюру. Седой не сомневался: и там пытаются разгадать, где именно Лон собирается проводить модернизацию — спорят, заключают пари, надеются. И тоже не находят.
— Останавливаемся, — приказал Седой, когда корабль достиг заданной точки.
«Мародёр» застыл, подчиняясь команде. Двигатели стихли, на мостике воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь гулом систем жизнеобеспечения. Сат-Тана, огромная и угрожающая, висела прямо по курсу. Пылевые вихри бешено клубились в мёртвой пустоте.
— Ничего… — выдохнул Вакс. Его голос дрожал. — Абсолютно ничего. Ни аномалий, ни излучения…