— Идите.
Участники ночного совещания стали покидать комнату, а Герман подошёл к Лизе.
— Этим вопросом займётся звёздный флот. Пойми меня правильно — я не могу отправить на Леду обычный корабль. С большой долей вероятности мы его просто потеряем. И корабль, и экипаж. Единственная возможность вытащить твоего отца — это задействовать силы и средства звёздного флота. Я постараюсь это сделать. Обещаю.
Лиза кивнула.
— Мне пора, — проговорил Герман. И, потрепав Елизавету Лон за плечо, он отправился вслед за остальными, оставив в кабинете только сестёр Лон и Джона Картера.
Картер устроился в кресле, когда тихо сидевшая на диване Аманда сменила позу и сказала:
— Если ты хотела заручиться поддержкой в спасении Папы с Леды, то обратилась не к тому человеку.
Обалдевшее выражение лица Елизаветы Лон после такого заявления младшей сестры в одно мгновение сменилось живейшим интересом.
— Поясни, — сразу отозвалась Лиза.
— Да запросто. Сама подумай, кого Герман мог туда послать? Корабли корпораций? Пассажирский лайнер? Свой личный транспорт? Ни у одного из них не было бы шансов добраться до Леды, не то что спасти отца. Просить о помощи нужно было не Германа, а вот его, — и Аманда указала пальцем прямо на Джона Картера.
Заявление Аманды стало неожиданностью не только для Лизы, но и для самого Джона. У обоих почти одновременно вырвалось:
— Что?
— Что?
Их удивлённые физиономии синхронно повернулись друг к другу, а затем вновь уставились на Аманду. Младшую дочь Матвея Леопольдовича ситуация явно позабавила. Она усмехнулась и пояснила:
— Ну сама подумай, Лиза, почему отец просил вывезти с планеты именно его? В компании полно хороших пилотов. Тот же Крис мог бы спокойно управлять твоей гоночной яхтой, но папа отдал предпочтение ему. Выдержав паузу, Аманда сама ответила на заданные вопросы:
— Он контрабандист. И хороший пилот. Он такими делами, где риск — обычное дело, деньги зарабатывает. Если сам не сможет или не захочет, то уж точно знает тех, кто возьмётся за такую работу — если не за большие, то за очень большие деньги.
Выражение лица Елизаветы Лон после этих слов, по мнению Джона Картера, могло бы точно соответствовать её отражению в зеркале с надписью «Я ДУРА», выведенной красной губной помадой на лбу. Но нужно отдать должное силе характера старшей дочери Матвея Леопольдовича — от такого прокола она оправилась быстро. Мгновение спустя её цепкий взгляд серо-зелёных глаз нацелился на Джона Картера, как оптический прицел снайперской винтовки на условную цель.
— Ну? — только и произнесла Лиза.
Картер замер на стуле, отчаянно пытаясь вспомнить, кто из знакомых сейчас мог бы находиться на Селене. И нашёл.
— Есть у меня один приятель, Егор Лихославов. Кличка — Ленивец. У него есть корабль. Он не только контрабандой, но и пиратством промышляет. Можно попробовать с ним договориться. Если повезёт — он сейчас в одном из баров.
— Сейчас почти утро, — заметила Аманда.
— Значит, точно в баре, — пожал плечами Джон.
— Пошли, — сказала Лиза и направилась к двери. — Мне нужно пять минут переодеться.
Видя, что Аманда никуда не собирается, Лиза обернулась:
— Ты идёшь?
— Нет, — ответила Аманда. — День был долгий. Я — спать.
— Ты что, совсем за отца не переживаешь? — остановилась у двери Лиза.
— С папой всё будет хорошо, — спокойно ответила Аманда. — Переживать стоит за тех, кто станет у него на пути. Или у тебя, — чуть помедлив, добавила младшая дочь Матвея Леопольдовича. — Так что я — спать. Рада была с вами познакомиться, Джон Картер, — сказала она и направилась вслед за Лизой к выходу из кабинета.
Глава 9
Сидя за столом в следственном изоляторе Белореченска, Матвей Леопольдович Лон слегка облокотился на левый бок и перенёс вес тела на руку. В таком положении боль в правом боку ощущалась терпимее. Рёбра, похоже, не были сломаны, но облегчения это не приносило.