— Я пришел с миром. — поджилки у Костика тряслись, в глазах темнело. — С миром пришел.
“Тупее ничего не придумал, индеец хренов.” — пронеслась мысль в голове парня.
— Я про карту пришел спросить. Карта Таро, старая. Фортуна. Не отдадите ли вы ее мне?
Чувствуя себя все глупее и глупее, Дошкин решил, что отступать некуда. Старуха стояла и презрительно щурилась, вытирая об серое заношенное платье окровавленные руки.
— И куда тебе карта эта? Чаво делать-то с ней будешь? А? Тоже сокровища искать? — она скрипуче засмеялась, мелко затряся головой. Длинные седые волосы ее всколыхнулись, словно от порыва ветра. — Вас тут таких было…
И она кивнула на кучу подгнившей обуви.
— Может поменяемся на что-нибудь?
— А чего ты, малолеток, мне дать-то можешь? Я ж вижу - с пустыми руками пришел. — старуха пошла к двери дома, — Иди отсель, пока живой.
Из-за угла вышел Зайка и встал вплотную к Дошкину.
— Слышь, ведьма, ты тут не кочевряжься, неси карту. И девушку отпусти.
Бабка медленно повернула голову.
— Давай-давай, а то ща все тут нахрен разнесем. — продолжал мохнатый.
Старуха ощерилась и зашипела.
— Девку свою можете забирать, кровью истекла, мне ее хоронить негде. А за карту заплатить надо. Теперь, хамло, уже много. Душой своей заплатишь. — бабка вскинула руку и с ее пальцев сорвалась синяя мерцающая нить метнувшаяся к помощнику.
Внезапно на ее пути возник призрак, нить впилась в его грудь, Вольсара стало крутить и выворачивать.
— Стой, стой, вот, возьми! — и призрак достал из-за нагрудника три карты Таро.
Дошкин и мохнатый остолбенело смотрели на происходящее. — Ах ты тварь! Он карты взял, Костя. Он взял! — заорал Зайка и ринулся почему-то на ведьму.
Старуха крутнула пальцем, и карты поплыли по воздуху к ней, синяя нитка пропала, морщинистая рука цапнула Таро, засветившиеся в ее пальцах золотистым огнем.
Взмах руки - и Зайка отлетел от старухи, кубарем покатившись по земле.
Бабка закрутилась на месте и пронзительно завизжала:
— Иллля! Ошшша! Ко мне!
Из дверей дома вылетела фигура в маске и Костик успел понять, что это вовсе не маска. Череп и был головой. В черных глазницах клубилась тьма, одежда из шкур была увешана амулетами и бусами из костей. Откуда-то сверху, из туманной мглы, спустилась бледная девушка с длинными распущенными волосами, в рубашке до пят. Бабка кинула карты девушке и та, поймав их, засунула в рукав. Ведьмы взвились в воздух, зависли над домом раскинув руки, скрываясь в плотном тумане.
— Держи, держи их! — Зайка безуспешно пытался подпрыгнуть и поймать за подол старуху. — Рожа, гад, давай, делай что-нибудь, уйдут!
Но Вольсар стоял, как вкопанный.
— Что делать-то, может- свирель? — парень понимал, что просто так взлететь он не сможет.
— Какая нахрен свирель, стреляй, Костик, стреляй! Может они и бессмертные, но серебрёные пули - тоже мало приятного.
Дошкин снял с плеча винтовку, долго целился и выстрелил. Отдача долбанула в плечо, он чуть не упал. Призрак метнулся в раскрытую дверь дома.
Старая ведьма завизжала, направив руки вниз. В земле, рядом с умывальником, откинулась крышка, сколоченная из досок, листва разлетелась вокруг. Под ней виднелась прямоугольная яма, похожая на могилу.
Все три ведьмы вытянули руки и стали бормотать что-то, их непонятная скороговорка наполняла лес, отдавалась шепчущим эхом, гуляла среди елей, заполняла разум. Костика сносило в яму, словно сам воздух толкал его, мохнатый сопротивлялся, но вскоре упал, и вцепился когтями в землю.
— Вода, лед! — крикнул пятак и заскреб руками, пытаясь не соскользнуть в яму.