Как-то это не сходилось. Совсем.
К семи я закончил с физическими упражнениями, принял душ и отправился на кухню. В воздухе витал аромат свежей выпечки и кофе. Галина Степановна, как всегда, уже хлопотала у плиты.
— Доброе утро, Евгеша! — приветливо улыбнулась она. — Садитесь, на завтрак у нас каша с ягодами, и ватрушечки только из духовки.
Я сел за стол, подвинул чашку с кофе. За окном сияло солнце, заливая кухню мягким светом. Мысль о флешке не отпускала.
— Галина, — начал я, как бы невзначай, — а вы часом не помните, как отец меня в детстве называл? Может было у меня какое-нибудь прозвище?
Галина повернулась ко мне, и её лицо озарила по-матерински тёплая улыбка.
— Ох, Евгеша, как же не помнить⁈ Конечно, помню. Михаил вас Жучком звал. Вы когда маленьким были, такой шустрый были, вертлявый, всё крутились, суетились. Михаил приходил с работы и всегда громко так спрашивал: «А где же мой Жучок?» И вы тогда к нему со всех ног бежали…
Галина застыла с улыбкой, какое-то время молчала, а после сказала:
— А почему вы спросили? Что-то ещё смогли вспомнить?
Я задумчиво кивнул, мол, да.
Затем взглянул на часы. Можно было бы подняться в кабинет сейчас и проверить, что же там на флешке. Но я решил отложить это на вечер. Скоро должен приехать Генка, и мы отправимся в администрацию. Сейчас же, за завтраком, лучше сфокусироваться на предстоящем совещании.
Я уже позавтракал и допивал кофе, когда на кухню вошёл Генка.
— Доброе утро! — бодро сказал он, садясь напротив и кивая мне и Галине Степановне.
— Доброе-доброе! Кофе? — предложила Галя и, не дожидаясь ответа, уже направлялась к кофемашине. — Сейчас сделаю.
Генка с благодарность ей кивнул и с некой хитрецой во взгляде уставился на меня. Я вопросительно вскинул брови.
— Короче, по поводу разрешения на оружие. Считай, вопрос решен. Завтра-послезавтра будет готово.
— Отлично! — кивнул я.
— Но бумага это одно, — сказал Генка, сделал паузу, чтобы взять у Галины чашку с кофе, кивнул ей в благодарность и вернул взгляд ко мне. — Надо ведь и уметь со стволом обращаться. Предлагаю в ближайшие дни вырваться в тир. Постреляешь, выберешь ствол, какой больше по руке ляжет.
— Согласен, — кивнул я. — Как только выдастся свободный час, сразу едем.
В этот момент за окном послышался рокот двигателя, и к крыльцу, чуть взбивая гравий, подкатил «Москвич».
Мы с Геной допили кофе. Поблагодарили Галину Степановну за завтрак и вышли из дома. Утреннее солнце уже вовсю светило, день обещал быть жарким.
Я занял своё место на заднем сиденье, Генка сел рядом со мной. Вова обошёл «Москвич», сел за руль и мы тронулись.
По дороге я ещё раз внимательно осмотрел дорожное покрытие на центральной улице. Асфальт, разумеется, лежал ровным, тёмным полотном, без трещин и выбоин.
Вскоре мы подъехали к зданию администрации. Зарулили на парковку, вылезли. Сразу краем глаза заметил ярко-красную машину Лядовой.
Мы с Генкой вошли в здание администрации. Народ косился украдкой, бросая в мою сторону шустрые, опасливые взгляды. То-то же. Значит, вчерашний разговор с замами уже дал свои плоды, и по кабинетам поползли слухи.
Кристина уже была на посту. Она встретила нас кивком и молча протянула мне увесистую папку с документами. Генка привычно умостился на диван в углу кабинета.
— Ну, удачи там вам, — усмехнулся он, уже доставая телефон.
Мы с Кристиной, не теряя времени, направились в зал совещаний.
Дверь в зал была приоткрыта. Я пропустил вперёд Кристину и вошёл последним.
Все уже сидели.