Но это была совсем не Вики. Серое, мертвое лицо, смотревшее на него, было его собственным.
Курт почувствовал себя перенесенным через слои другого измерения. Стремительное движение потрясло его, грозя разорвать на части; но затем, когда скорость увеличилась, его сознание всплыло, словно из озера ила.
Внезапно возникло лицо. Оно было маленьким. Он услышал:
- Курт! Курт!
И понял, что это лицо принадлежит Мелиссе. Настоящей Мелиссе. Наконец-то кошмар закончился.
- Теперь ты можешь перестать меня трясти, - сказал он. Он не знал, то ли обнять ее, то ли пнуть в зад. Он лежал на кровати, как будто его сбросили с огромной высоты. - Я проснулся, или, по крайней мере, лучше бы это было так.
- Что случилось?
- Настоящий ночной кошмар, вот и все.
Мелисса присела на корточки у кровати. Он почувствовал облегчение: на ней была пижама, а не ночная рубашка из его сна. И он был рад увидеть, что у нее во рту не было сигареты.
- Держу пари, все слышали тебя отсюда до самого Боуи, - сказала она ему.
- Что?
- Ты кричал.
- Да ладно, я не кричал.
- Ты кричал, как будто тебя режут. Я чуть не побоялась войти. Звук был такой, будто кто-то проделывал с тобой номер с паяльной лампой.
Курт отказывался в это верить.
- Я не кричал - мужчины не кричат. Ты лжешь, как обычно.
- Верь во что хочешь, - теперь она хихикала над ним. - Я же говорила, что от этих мексиканских ужинов по телевизору тебе снятся кошмары. Но ты меня слушаешь?
- Который час?
- Уже больше двух, - поморщившись, она посмотрела на свои руки и вытерла их о пижаму. - Отвратительно. Ты весь липкий.
- Я, наверное, похудел на десять фунтов, потея.
ТУК, ТУК, ТУК...
Курт и Мелисса посмотрели друг на друга.
- Кто-то стучит в дверь,- прошептала она.
Это было уже слишком, слишком рано. Грохот был тот же самый.
- Будь добра и... - но он резко остановился. Он не стал пересказывать свой сон дословно. - Иди посмотри, кто там, - сказал он.
- Ни за что. Я не открою дверь в пижаме.
- Пожалуйста. В качестве личного одолжения, просто открой дверь. Я дам тебе доллар.
- Забудь об этом. Только псих стучится в двери в такой час. Это может быть какой-нибудь сбежавший из больницы Святой Елизаветы... Это может быть Хинкли.
- Это ты псих, - заключил он. - Я надеюсь, что это аист, который прилетел, чтобы забрать тебя обратно.