- Это результат обработки неогидрином и ацетоном. Ничего.
На следующем слайде было показано блестящее коричневатое пятно на белом фоне.
- Когда я совсем отчаялась, я перенесла нитрат серебра, также под ультрафиолетовым излучением. Реакция с хлоридом серебра почти не проявилась.
Курт стряхнул пепел на пол, когда она отвернулась.
- Возможно, парень что-то сделал со своими кончиками пальцев.
Ее лицо, казалось, исказилось, как будто он оскорбил ее.
- Только идиоты так поступают; в кино это случается чаще, чем где-либо еще. Конечно, было немало придурков, которые срезали или сжигали свои отпечатки пальцев, но они слишком глупы, чтобы понять, что отпечатки пальцев генетически неизменяемы; после заживления на них всегда остаются бороздки, а также шрамы, которые еще более узнаваемы. Кроме того, если бы это были изуродованные отпечатки пальцев, то рисунок пор был бы явно деформирован. А это не так. Посмотрите.
Следующий слайд был полностью заполнен оранжевым мазком и более темными оранжевыми пятнами.
- По крайней мере, гроб был покрыт черным лаком, - сказала она. - Идеальная поверхность для создания рисунков с порами, наравне со стеклом. Вот йодистый след, идеальный отпечаток сальных желез, - следующий слайд. - И след от оксида ртути. Идеально, - теперь ее глаза были большими и рассеянными. Она повернулась к нему и сказала: - Каждый, кто прикасался к поверхности этого гроба, оставлял идеальные поры, но никаких рисунков. Почему?
Курт в смятении затушил сигарету под "Адидасом".
- Гроб пролежал в лесу по меньшей мере сутки, - напомнил он ей.
- Подумаешь, - сказала она. - Конечно, остатки хлорида натрия рассеются через некоторое время. Но дело в том, что секреция сальных желез все еще остается полностью нетронутой, а отложения аминокислот, как известно, сохраняются годами, а в некоторых случаях и десятилетиями. И в любом случае, это не имеет никакого значения, - она быстро постучала кисточкой по экрану, - потому что рисунки все равно остаются.
Казалось, она запыхалась, доведя себя до деликатного исступления. От раздражения ее лицо залилось краской, и она продолжала поглаживать ручку кисти, как будто это был пенис.
"Это проявление сексуального подавления? - подумал Курт. - Или она просто принимает желаемое за действительное?"
- Я сделала все, что знала, - сказала она, глядя куда-то в туман. - Вы не улавливаете сути того, что я вам говорю. Я знаю, что я не самый импозантный человек в мире, и, полагаю, вам, возможно, трудно воспринимать меня всерьез, но если бы я не знала, что делаю, меня бы здесь не было. По образованию я специалист по доказательствам, а по специальности - пороскопист. Я хорошо работаю и знаю, о чем говорю, и, позвольте мне сказать вам, вполне профессионально - невозможно, черт возьми, оставить идеальную конфигурацию пор без рисунков.
Курт медленно выдохнул. Ему показалось, что он начинает понимать.
- Это все равно что вдавить пенни в глину и получить цифры, но ни следа лица Линкольна.
- Вот именно.
- Неужели нельзя что-нибудь сделать, используя только рисунок пор?
- Нет. Во всяком случае, не в этой ситуации. Как правило, схемы пор используются для того, чтобы связать хороший рисунок с плохим. Сами по себе они почти никогда не используются в суде - вы можете проверить отпечатки пальцев, но не можете определить структуру пор. Без каких-либо подозрений эти штуки бесполезны.
Какое-то время они оба молчали, но когда их молчание стало напряженным, она снова нажала на кнопку. Казалось, она изо всех сил сжимает ручку кисти.
- Вот еще одна работа с антраценовой пылью. Я увеличила УФ-излучение до 380 нанометров, чтобы было красивее.
Лицо Курта исказилось в замешательстве. На экране появился яркий, светящийся синим контур на плоском сером фоне, похожий на фосфоресцирующую чернильную кляксу человека с одной рукой и без головы.
- Как вам это нравится? - спросила она.
Теперь ее лицо сияло в темноте. Она поднесла кончик кисти ко рту и прикусила его, восхищенная замешательством Курта.
- Что это?
- Отпечаток ладони, - сказала она. - Я обнаружила на гробу шесть полных отпечатков ладони. Я обработала и сфотографировала два из них. Вот второй, - компаратор щелкнул и вставил последний слайд в прорезь.
Теперь на экране были похожие очертания, но с обратной полярностью.
Курт уставился на нее. Это не могло быть тем, о чем он подумал.
- Скажите мне, - попросил он.