Гули: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Взрыв гранат был хорошим знаком, свидетельствующим об успехе, но всего через несколько минут послышались новые звуки, более ожесточенная стрельба. А затем крики.

Крики боли, ужаса - человеческие крики, но в унисон с криками, которые были значительно менее человеческими.

Тогда полковник понял, что что-то пошло не так.

Он подумал о том, чтобы завести джип и уехать отсюда, пока у него еще было время. Возможно, план провалился. Может быть, он сидел там и ждал, когда вернутся мертвецы. Или, что еще хуже, может быть...

Раздался выстрел.

"Из пистолета, - подумал он. - Сандерс также взял пистолет".

В любом случае, это было что-то вроде обещания. Выстрел означал, что по крайней мере один из команды Сандерса все еще жив.

Полковник решил подождать еще десять минут.

Он закурил еще одну сигарету и чуть не улыбнулся, вспомнив, как Сандерс предупреждал его не курить. Какая-то чушь о дисциплине в обществе.

"Всегда прикрывай часы. Никогда не носи часы, которые тикают. Закапывай весь мусор и выбрасывай ненужное. Все, что блестит, крась в черный цвет. Крась свое лицо в черный цвет. Крась руки в черный цвет. Когда вытаскиваешь свой член, чтобы помочиться, крась его. Затем закапывай мочу. И никогда, никогда не кури по ночам".

Был ли Сандерс на самом деле просто фанатиком, помешанным на армии? Полковник задумался над этим. Однако он видел титулы Сандерса: оружейник из посольства с секретным суффиксом Военной Профессиональной Специальности, учебные заведения, о которых он даже не мог говорить, нашивки за боевые заслуги до локтя. Однажды он показал полковнику то, что тот забавно назвал своим "барахлом".

"Взгляни на мое барахло", - предложил Сандерс.

Сертификаты об обучении в Министерстве обороны, целые коробки с ними. Квалификационные аксельбанты, годовые награды "Солдат месяца". Значки эксперта по оружию, о которых никто не слышал. Благодарности от генералов, командиров дивизий и групп и даже письмо с признанием за то, что они превзошли остальных членов НАТО на каком-то полигоне "Красный глаз" в Германии. Внизу было подписано имя Бернарда У. Роджерса.

Затем он показал полковнику коробку из-под обуви, полную медалей, полученных во Вьетнаме. Сандерс всегда демонстрировал нейтральное отношение к этой войне и содержимому коробки.

- Здесь много фруктового салата и куриного фарша. Не стоит награждать медалями за войны, в которых мы не победили. Все это дерьмо, которое ты слышишь о затяжном стрессе и пытках и о том, каким ужасным был Вьетнам. Расскажи это парням, которые были в Корее и Сталинграде. Расскажи это парням, которым пришлось сражаться с Ваффен СС в день "Д". Меня тошнит. Лучше переплавить все это дерьмо на пули.

Он бросил коробки обратно в свой шкафчик. Его барахло. "Пурпурное сердце". Крест "За выдающиеся заслуги". Серебряная звезда.

Нет, Сандерс был лучшим, кого он смог найти. Но было ли этого достаточно для этого? Полковник задумался.

"Просто подожди. Сейчас нет смысла беспокоиться об этом".

Сквозь стальное лобовое стекло он рассматривал часть ночного зенита. Пустынность этого места всегда немного нервировала его; он никогда не видел таких ясных и бесконечных ночей. Луна имела форму яйца - бледный, бесформенный лик на небе, за которым виднелась бездонная россыпь звезд. Справа от него хребты Туввайк прерывали линию горизонта, словно края бесконечного кратера. Это были холмы, арабские холмы, похожие на гребни, выступающие из земной коры, бесплодные, мертвые. И все же саудовцы называли их холмами. Они не знали, что такое холмы. Их священный исламский мир был немногим больше, чем пустошью, сплошные равнины из выжженных вулканических пород и моря песка. Сейчас февраль, середина зимы, и температура была около шестидесяти градусов. В обычный летний день жара иногда достигала 125 градусов.

Он высунул голову из-под козырька джипа, щурясь в ночь, пытаясь разглядеть хоть облачко, хотя бы легкий клок, но ничего не было видно. За последние три года он не видел ни одного приличного облачного образования. Здесь среднегодовое количество осадков составляло около четырех дюймов. В некоторых районах Большого Пустынного квартала, Руб-эль-Хали, осадки выпадали каждые три-пять лет. Тогда его поразило, что это место совсем не похоже на его мир, оно отдалено, как другая планета, и он подумал, что если бы не нефтяные месторождения, саудовцы могли бы поселиться в своем раскаленном адском доме и съежиться в нем. Да, земля могла разверзнуться прямо здесь и поглотить все вокруг...

Новые хлопки пистолетных выстрелов заставили его вздрогнуть, как от удара тока. Кто-то приближался. На этот раз выстрелы были ближе, гораздо ближе. Он выбросил сигарету и дотронулся до своего оружия.

Он прислушался.

Справа от него послышалась возня. Тяжелое дыхание. Сапоги заскрипели по неровным каменным колеям горного хребта. Он вздрогнул, услышав еще один пистолетный выстрел, и автоматически заглушил двигатель джипа. Высунувшись наружу, он поднес к глазам инфракрасный монокуляр, сфокусировался, затем прочесал странное зеленое поле вдоль склонов, через которое Сандерс и его люди собирались бежать.

На вершине холма появилась крошечная, отчаявшаяся фигурка, сначала похожая на насекомое в инфракрасном круге. Это был человек, торопливо спускавшийся по склону.

Затем раздался крик, звериный, одержимый. Вопль ярости.

Фигурой, спускавшейся с холма, был Сандерс, в одной руке он держал автоматический пистолет, в другой - зеленую металлическую коробку для патронов. Он карабкался по земле, а затем, мгновение спустя, запрыгнул в джип с криком:

- Вперед! Давай! Шевелись!

И когда полковник неумело включил передачу, Сандерс вставил в свой пистолет еще одну обойму, свесился с перекладины и начал стрелять позади них. Полковник мчался по неровной дороге, раскачиваясь взад-вперед на своем сиденье; он молился, чтобы они не потеряли колесо или не сломали ось на этой неровной дороге. Джип взлетел в воздух, когда Сандерс отстреливал оставшиеся патроны. Полковник уставился прямо перед собой; он был рад, что ему не нужно видеть, во что стреляет Сандерс.

Через пять миль полковник остановил джип и припарковался с включенным мотором. Фары потускнели из-за внезапного торможения. У него перехватило дыхание, когда он обернулся. Освещенный лунным светом, Сандерс с каменным лицом откинулся на спинку пассажирского сиденья, глядя вверх. Его грудь вздымалась, когда он набирал воздух. Он потерял свой стальной котелок, пистолет-пулемет, сумку с обоймами и фонарь. Он бросил пустой кольт.45-й, который с грохотом упал на пол. К голени у него был привязан десантный нож "Фэрберн-Сайкс", а на поясе все еще висела граната WP, похожая на серую банку из-под колы с белыми трафаретными буквами. Из глубокой раны на руке черная кровь пропитала его полевую рубашку. Из ушей у него торчали ярко-желтые затычки, составлявшие нелепый контраст с его глазами, которые были обведены белой каймой.

Полковник перевел взгляд с лица Сандерса на металлическую коробку на полу.