– Догонять! – предложил Юра. – Они же не все отдали!
Погоня возобновилась. Кирилл Иванович стал отставать первым. У него началась одышка. Теперь он семенил рядом с Калачевым.
– Подумать только, – пожаловался Полотенцев. – А мы их только что собирались принять обратно.
– Теперь ни за что не примем! – отозвался Юра, бежавший в авангарде.
– Но они не знали, что мы их собирались принять, – вступился Петя за беглецов. – И объясните мне, пожалуйста, зачем мы за ними бежим, когда они взяли только свою долю!
– Петя прав! – воскликнул Полотенцев.
– Надо закончить собрание, – предложила Алевтина.
– Давайте оформим это по всем правилам. Как решит народ, так и будет! Я прошу всех проголосовать «за» и прекратить беготню, пока у меня еще нет инфаркта, – взмолился Полотенцев. – Кто «за»?
Голосование происходило тоже на бегу. Все подняли руки.
– Принято единогласно! – подытожила председатель месткома.
– Володя! Лида! Остановитесь! – закричал Петя. – Мы вас приняли обратно. Идите к нам.
Обе группы – преследуемые и преследователи – опять остановились, тяжело дыша, и приступили к мирным переговорам.
Все это происходило на пустынной центральной площади. В это время город уже открывал шампанское. Пробки стреляли.
– Зачем вы все это затеяли? – тяжело дыша, спросил Полотенцев у фотографов. – Как вам не стыдно, вы устроили этот грабеж именно тогда, когда мы все договорились принять вас обратно.
– Я вам не верю! – воскликнула Лидия Сергеевна. – Это вы сейчас нарочно говорите!
Петя посмотрел Орешникову в глаза и сказал ему жестокие слова:
– Мне хочется выпить, Володя, но я не стану этого делать с тобой!
Орешников изменился в лице. Он понял, что недооценил прекрасных качеств коллектива. Он печально улыбнулся:
– Пожалуй, это не лучший поступок в моей жизни. Извините меня…
Человек, который считает себя благородней других, как правило, ошибается. Владимир Антонович осознал глубину своего ничтожества, и это стало началом его спасения.
Городские часы начали отбивать полночь, возвещая приход Нового года. Все замолчали, понимая важность момента. Когда часы закончили работу, все закричали: «С Новым годом, с новым счастьем! Ура!»
– Очевидно, я должен еще раз извиниться и признать свое моральное поражение, – тихо сказал Орешников. – Вы оказались лучше меня. Ну что же! Я рад этому.
– Кирилл Иванович, раздайте деньги! – нарушил молчание Калачев, которому надоела эта история. – И кончайте базар!
– Ну что ж, приступим! – согласился Полотенцев, и люди стали делить богатство в центре площади. Новый год для них начался совсем недурно.
А Орешников и Лидия Сергеевна ушли, и их ухода никто не заметил.
– Володя, мы идем к тебе! Ко мне нельзя, потому что вернулся мой рентгенолог.
– Это прекрасно! – обрадовался Орешников. – Я провожу вас к нему и, кстати, заберите свою долю!
– Пусть она останется у тебя! В нашей семье ты будешь всем распоряжаться! Мы ведь пойдем по жизни рядом!
– Мы пойдем порознь!
– Володя, ты хочешь меня оставить? – Голос Лидии Сергеевны дрогнул.