– Тебе? Нет, ему. Это были его дети! Не твои – его!
Мария сделала шаг назад.
– Это… ты?
Розабелла оскалилась и кивнула, сейчас как никогда напоминая бешеную лису.
– Я!
Мария взялась рукой за горло. Дыхание перехватило, она сразу и не сообразила, что сказать, ладно – ТЕ дети! Которых она просто не помнит, не знает, те, смерть которых довела до отчаяния настоящую Марию! Но Анна? Но маленький Алекс?
Как хорошо, что Клара никого не подпустила к малышу, иначе…
– Я бы и последнее твое отродье удавила, – прошипела эрра, – да, жаль, не успела!
Рикардо обхватил Марию за талию и развернул к двери.
– Мария, любимая, пожалуйста, подожди за дверью?
Мария кивнула.
Да, такие откровения не для нее. Выслушать-то она может что угодно, и не поморщится, и не чихнет. Но… если ее кто-то и о чем-то спросит, она мгновенно покажет свою неосведомленность. Все же «рассказывали» и «непосредственно участвовала» это вещи разные.
И реакции тоже.
Не сыграет Мария такое, не сможет. Так что она без малейшего сопротивления вышла и была передана с рук на руки коменданту, который и отправился поить королеву горячим отваром трав. Да-да, иван-чай и тут знали, хотя и не ферментировали как полагается. Но все равно вкусно, особенно с медом и с вареньем.
Быстро перестроились. Узнали, что королева тоже двуипостасная, и мигом вспомнили, что вино те не любят.
Мария пила, поддерживала беседу на отвлеченные темы, комендант тоже никуда не спешил, он на работе. Палача он к эрре Розабелле отправил, остальное подождет. Вот узнает, что и как, потом и видно будет, как дальше поступать.
Рикардо появился только через два часа.
Усталый, встрепанный и откровенно злой, с таким видом, словно его в навозе все это время купали. Противно ему, гадко, тошно, сразу видно. И говорить придется, никуда не денешься.
– Рикардо?
Мария лично налила ему отвара, подвинула мед, Рикардо сунул в рот большую ложку и зажмурился.
– Сейчас, минуту.
Поняли все.
Что сложнее? Наслушаться гадостей – или пересказать их любимой женщине? Так сразу и не выберешь, все плохо.
– Я поговорил с эррой. До поры… она была довольна своим положением, потом начала злиться. Незаконная дочь от служанки – это не то, что от эрры, отношение к ней было похуже. И мужа ей подобрали не самого лучшего, любви между ними не было. Сына она любила безумно, и тут ее ребенок погибает.
– Наверное, тогда она и сошла с ума, – тихо сказала Мария. – Страшно это. По-настоящему страшно.
Рикардо пожал плечами.
– Наверное. Она решила мстить Иоанну, особенно когда стало ясно, что ее внук останется калекой.
– Так…
– Выбор был прост. Иоанн отнял ее сына, она заберет его детей. До поры все шло достаточно спокойно, она выжидала, да и решилась не сразу… Она убила двоих. Ее высочество Ригонду, девочка тогда болела, металась в жару, Розабелла сидела с ней.
– Она дала ей яд?