И все равно, как же мне с ней хорошо! Даже такой колючей и недоверчивой. Я уж представить не могу, как было бы охуенно, будь она хоть немного ласковее. Аля любит трахаться со мной, но я ей не нравлюсь. А если бы нравился? Если бы мы не просто сношались, как животные, а встречались, как нормальные люди? Она ведь не может быть такой язвой постоянно? Какова ласковая Аля? Мне любопытно. Очень.
Сегодня она впервые разозлилась настолько, что осмелилась тыкать мне в лицо, а не за спиной. Я заметил и мне понравилось. Да, поначалу мне нравилась именно власть над ней, это была игра в хозяина, но она быстро надоела, когда я понял, что кроме ее покорности ничего не получаю. Я хочу больше эмоций. Не презрения или злости, а чего-то хорошего. Аля ведь не стерва с другими людьми, только со мной такая. А я хочу другую, сладкую девочку, которая млеет только после оргазмов, показывая нежную кошечку, которую прячет от меня за своей злостью. Мне мало одного тела, я с каждым днем чувствую это все ощутимее. Значит, надо что-то менять. Альбина ведь должна удовлетворять все мои желания, вот пусть и меняет свое отношение, а я помогу.
Отыскав телефон на полу, куда бросил его, звоню знакомому в клинику, чтобы его курицы на ресепшене сразу же отвели Алю к врачу и не заставляли ждать, потому что она и так перенервничала, а потом отдаю указания лично гинекологу, который будет ее принимать, чтобы все сделал по высшему разряду. Когда спускаюсь к завтраку, слышу, как отъезжает машина со двора, это может быть только Серега с Алей. Быстро же она собралась. Что-то мне подсказывает, что мои слова про стилиста эта колючка решит пропустить мимо ушей, но я не передумаю брать ее с собой в субботу и выглядеть она должна соответствующе.
– Жора, пригласи стилиста, с которым договорился, сюда, – говорю ему. – Они же приезжают на дом, если заплатить?
– Да, Тархан Артурович, – отвечает он, подавая мне кофе. – Какие-то конкретные пожелания?
– Нет, Аля сама выберет, что ей нужно. Я ни хрена не смыслю в моде, ты же знаешь. Только убедись, что платье будет красным. Жена Конашенкова особо подчеркнула о своем дресс-коде в приглашении. Чего только не придумают эти бабы, вот охота им?
Вгрызаюсь в тост, представляя Алю в чем-то красном и открытом, подчеркивающем ее охренительно горячее тело. Жена Конашенкова устраивает очень долгие и нудные приемы, так что мне определенно захочется в какой-то момент трахнуть свою красотку прямо там. Хоть с пользой убьем время, надо только презервативы по карманам распихать, чтобы она не распсиховалась, а то после сегодняшнего утра я себе уже не доверяю. Совсем мозг мне затуманила, зараза!
Глава 29
Тархан Артурович совершенно не стесняется себя, не боится показаться плохим или жестоким, так что, когда он говорит, что просто забылся и ничего не делал специально, я ему верю. Однако, это не отменяет того факта, что мы совершили большую глупость, моя ответственность тоже в этом есть и я ненавижу, что он ткнул меня в это лицом.
В клинику я еду, даже не позавтракав, так спешу поскорее покончить с риском забеременеть, и Сергей, который меня сопровождает, к счастью оказывается не болтливым и ведет себя, как образцовый телохранитель, а именно им он и является обычно для хозяина.
– Можете не волноваться, Альбина, это новейшая разработка, можно сказать, практически без побочных эффектов, – успокаивает мои страхи врач, после осмотра и ряда вопросов, давая мне экстренную таблетку. – В аптеке такую не купишь, но в нашей клинике мы имеем доступ ко многим препаратам, еще не получившим широкое применение.
Я пью ее сразу же, после чего одеваюсь и прощаюсь с болтливым врачом. Слава Богу она хоть оказалась женщиной! Мне было бы не по себе от осмотра гинеколога-мужчины.
Когда выхожу из клиники, прошу Сергея отвезти меня обратно домой, направляясь сразу к себе, чтобы одеть униформу и приступить к работе. Георгий сегодня вел себя, как обычно, не кинул на меня ни одного смущающего взгляда, но он точно теперь знает, кто я для хозяина, и мне неудобно от этого факта.
– О, ты уже вернулась? – удивляется Соня, когда я захожу в кладовку, где мы храним инвентарь. – Быстро. Расскажи хоть, куда ездила.
– В клинику на осмотр. Сдала пару анализов, показалась гинекологу.
– Понятно, – кивает она. – Георгий говорит, что пора снять шторы на стирку и помыть все окна на втором этаже, так что мы будем с тобой заняты до самого вечера. Давай вместе в каждую комнату, хоть поболтаем.
– Давай, – соглашаюсь я.
Так намного приятнее, чем делить комнаты и убираться в одиночку.
Мы и правда возимся до самого вечера, прерываясь только на обед, зато много разговариваем в процессе. Соня поняла, что мне неприятно говорить о своих отношениях с хозяином, поэтому эту тему мы не затрагиваем. Просто делимся каким-то забавными историями из прошлого и мечтами на будущее. Я понимаю, что у нас гораздо больше общего, чем я думала. Ее тоже воспитывала мать-одиночка и, хотя Соня ни слова упрека не сказала, я так поняла, что серьезных отношений ее мама ни с кем не заводила и фигуры отца или того, кто мог бы его заменить, у Сони в жизни не было.
– А пару лет назад я узнала, что у меня есть сестра, представляешь? – в какой-то момент делится она. – Мы познакомились, она сама меня нашла, но так и не сблизились. Я видела ее всего два раза, даже не могу сказать, что считаю эту женщину сестрой, она мне совсем чужая и она одна из тех стерв, которые ненавидят всех красивых женщин. Понимаешь о чем я?
– Да-а-а, жена хозяина была такой, – ляпаю я, прежде чем успеваю подумать.
– Тогда хорошо, что ее здесь больше нет, – улыбается она. – Терпеть не могу стерв! Неудивительно, что хозяин увлекся тобой, после такого-то экземплярчика! Ты же у нас одуванчик, не представляю, чтобы ты ебала мозг мужику.
Ее слова задевают что-то во мне, но я никак не реагирую. Продолжаю делать свое дело, но беспокойство так и гложет, пока я не осознаю, что с Тарханом Артуровичем я ни разу не одуванчик. Он вообще не обращал на меня внимания, пока я не дала ему отпор, хотя мы жили под одной крышей больше года. Неужели именно в этом кроется причина его интереса? Ему нравится, когда женщина проявляет характер и отталкивает его? Карина Васильевна всегда воевала с ним, их отношения были взрывными, а теперь и я холодна с ним, показывая, как мне не нравится находиться рядом, когда мы общаемся вне постели. Черт, как я раньше этого не поняла? Ему не нужна ласка, не нужна близость и искренние чувства. Он мазохист. И теперь, когда я знаю, в чем дело, мне просто нужно поменять свое поведение, чтобы он поскорее отпустил меня. Охотнику не интересна добыча, которая сама идет в руки.
Эти мысли, к сожалению, не приносят мне никакой радости. Я слишком легко привыкла к нему, я, как наркоман, подсела на секс, на те ощущения, которые он дарит мне каждую ночь, и прежде, чем эта привычка еще глубже укоренится во мне, я должна все закончить. Придется сделать так, чтобы наскучить ему как можно быстрее. Насчет контрацепции я не передумаю, не хочу шутить со здоровьем, но во всем остальном придется заглушить свое «Я» и делать то, чего хочет он. Я просто покорюсь всем его желаниям и он скоро пойдет искать другую добычу, не такую безвольную.
– Уф, я голодная, – когда мы, наконец, заканчиваем, выдыхает Соня.
– Я сначала в душ, – говорю я. – Потом можно и поужинать.
Мы расходимся и уже раздеваясь, я смотрю на свой снятый лифчик и вспоминаю, что вчера Тархан Артурович велел мне купить красное белье. Вот черт! Я должна была надеть его сегодня, но обо всем забыла из-за утренней паники. Вот тебе и покорность! Сейчас вечер, ничего не успею, даже доставку, что же делать?
Отбрасываю одну идею за другой, безрезультатно роюсь в своем шкафу, хотя знаю, что кроме красных повседневных стрингов у меня ничего нужного цвета нет, пока, наконец, меня не осеняет безумной мыслью. Я бы никогда не осмелилась на такое с хозяином, но раз придумала план, то надо ему следовать. Уверена, несколько таких уловок и он быстро решит окончить нашу связь в погоне за новыми ощущениями.
***
Я как раз иду к себе отдыхать, когда в коридоре возле кухни меня перехватывает Георгий.