Тень тревоги мелькнула в синих глазах Леи, но её улыбка осталась тёплой.
— Спасибо за заботу, дорогая. Да, у наших близняшек... очень сильный дар. Возможно, даже горный, как у меня, но пока это невозможно определить. Их сила буйная, необузданная. В тот вечер случился один из таких... выбросов. Только Дамиан может сдержать их, когда они выходят из-под контроля.
Она с нежностью посмотрела на мужа, и тот ответил ей тёплой улыбкой, преобразившей его казавшееся бесстрастным лицо.
— Но кризис миновал. Сейчас девочки уже научились управлять своей силой. Как их старший брат. Ну, почти. Иногда ещё прорывается, — она с лёгким вздохом кивнула в сторону Рэналфа, с широких плеч которого дети пытались стащить эполеты, — но теперь это лишь мелочь. Вроде подожжёных занавесок. Но Дамиан уверен, что это уже сознательные шалости.
Я говорила с Леей, глядя на своего грозного мужа, который позволял близняшкам висеть на себе как на дереве, и чувствовала, как последние остатки страха и неуверенности тают, сменяясь тёплым, спокойным чувством принадлежности.
В дверях появился высокий, сильный подросток — точная копия Дамиана, с такими же тёмными волосами и серьёзными янтарными глазами. Он открыто улыбнулся родителям и Рэналфу, сдержанно поздоровался со мной.
В ответ на моё приветствие, поздравил со свадьбой, а потом, широко улыбнувшись, подошёл к Рэналфу, который протянул ему руку для рукопожатия, не обращая внимания на висевших на ней обеих близняшек.
— Артур, забери своих сестёр, — с мнимой суровостью сказал Дамиан, но в его глазах читалось глубочайшее удовольствие от этой картины. — Им уже пора спать, а нам поговорить.
— Да, Артур, — кивнул ему Рэналф, и в его обращении к племяннику я услышала уважение. — Мне однозначно нужна твоя помощь с этими двумя разбойницами.
Артур улыбнулся, и его лицо сразу осветилось озорством. Он подошёл и начал щекотать сестёр, которые тут же, с визгом, сползли с Рэналфа и бросились от него убегать.
Я не могла отвести глаз от Рэналфа. Он стоял, слегка растрёпанный и смотрел на убегающих детей с таким выражением мягкости и нежности, что у меня защемило сердце.
В этом уютном хаосе, среди смеха детей и спокойных улыбок королевской четы, я вдруг ощутила то, о чём уже позабыла. Чувство семьи. Настоящей, шумной, любящей. Рэналф, при всей его суровости, был её неотъемлемой частью.
Он встретил мой взгляд через комнату. И в его глазах, ещё секунду назад смеющихся, я снова увидела тот самый тёмный огонь, тот голод, что был обращён только ко мне. Но теперь в нём была и тень той нежности, что он только что дарил детям.
Это сочетание поразило меня. Как и новое, расцветающее чувство. Среди этих людей, я была не чужой. Я была его женой. И, возможно, со временем, я тоже смогу стать частью этого странного, могущественного и такого тёплого мира.
И когда Рэналф подошёл ко мне, всё ещё с той же мягкой улыбкой, и обнял за плечи, я прижалась к нему, чувствуя себя на своём месте. Настоящем месте.
Глава 40. Разговор
Стоило тяжёлой дубовой двери закрыться за вихрем из смеха, звонких голосов, как воздух в покоях королевской четы сгустился и остыл, будто в комнате открыли окно в зимнюю ночь.
Безмятежная улыбка медленно сползла с моего лица, уступая место настороженности.
Лея, ещё секунду назад излучавшая тёплое, материнское спокойствие, провела рукой по подушке дивана, и я ощутила лёгкую, едва уловимую вибрацию в магическом поле комнаты. Тишина, которую она призвала, была не просто отсутствием звука, а плотной, живой пеленой, отсекающей нас от всего внешнего мира.
— Что ж, — король Дамиан откинулся в своём кресле, и его лицо, только что мягко улыбавшееся детям, стало жёстким. — Пора о делах. Рэналф?
Мой муж, до этого позволявший племянницам висеть на себе, теперь стоял у камина, опираясь локтем о каменную полку. Его поза была расслабленной, но во всей его фигуре чувствовалась собранность.
Он кивнул, его янтарные глаза, ещё хранившие отсвет недавней нежности, стали холодными и ясными.
— По докладам Марника и Керлина, наёмников в лесу, во время похищения Неи, нанял барон Денрен, — его голос прозвучал ровно, без эмоций, словно он зачитывал строчки из полевого устава. — Недоволен сокращением финансирования своих амбициозных, но бесперспективных проектов из-за перенаправления потоков в охрану шахт. Решил поправить положение, продав меня и корону.
Я сглотнула, ощущая, как по спине пробегают мурашки. Имя ничего мне не говорило, но холодная ярость, затаившаяся в глубине глаз Рэналфа, заставила поёжиться.
— Но он марионетка, — Рэналф оторвал взгляд от огня и перевёл его на брата. — Его использовали. Мы теперь точно знаем, что нападение на поместье Кальер три года назад и недавнее похищение — дело рук одной и той же группы. К погибшему королю Освальду они отношения не имеют. Основная их причина — обогащение.
В груди у меня всё сжалось в тугой, болезненный ком. Так вот оно что. Не тайны прошлого, не политические интриги. Банальная, беспощадная жажда наживы.
— Им нужен обладатель горного дара, чтобы найти новые, неконтролируемые короной месторождения лунного минерала, — Дамиан закончил мысль, пристально глядя на меня. — Они охотятся за тобой, Нея, как за редким артефактом.
— Вопрос пары недель, — Рэналф тоже остановил тяжёлый, уверенный взгляд на мне. — Мы выявим всех причастных и обрубим все нити. Тогда можно будет жить спокойно. А пока — усиленные меры безопасности.
С этими словами Рэналф отошёл от камина и посмотрел на короля.
— Кстати о безопасности, Дамиан. Амулет готов?