Напали раньше. Превосходящими силами. Я едва успел привезти Неяру к себе, под защиту своих стен, и рвануть в гарнизон.
Успел в самый разгар боя. Который мои солдаты безнадёжно проигрывали. Только моё прямое вмешательство, только моя магическая сила и опыт смогли переломить его ход.
Потом суматоха, дела, распоряжения и приказы. Только сейчас смог вернуться.
Думал, Неяра уже спит. Ввалился к себе, покрытый пылью боя, с остатками чужой магии на мундире, с адреналином, всё ещё кипящим в крови.
Когда услышал её тихий возглас, увидел её… пропал.
Какая же она красивая… Не сдержался. Набросился на неё. Потому что хотел. Потому что она моя.
И она отвечала! И, теперь я точно знал: если в следующий раз не буду торопиться, сдержусь и сделаю всё правильно — ответит снова. Вся будет моя.
Моя. Это слово эхом отдавалось в раскалённом сознании, сливаясь с бешеным стуком сердца.
Всё существо рвалось к ней, в изумрудную спальню. Не для новой ярости. Нет. Просто обнять. Прижать к груди, чувствуя, как дрожь покидает её хрупкое тело.
Даже не целовать. Просто держать. Ощущать под ладонью ритм её дыхания. Дышать её неповторимым ароматом, уже ставшим навязчивым дурманом. Дышать ею.
Нет, сейчас нельзя. Не сейчас, когда я после горячки боя, да ещё и после поцелуя с ней, так несдержан.
Стоит мне переступить порог её комнаты, увидеть её снова, и остатки контроля рухнут. Я снова стану тем зверем, что пугает её.
Снова сорвусь. Обязательно сорвусь.
Что мне всегда помогало вернуть контроль? Планы. Понимание, как действовать дальше.
Как бы то ни было, а с нестабильностью дара Неяры надо что-то делать.
Я должен научить её управляться с этой дикой силой, что рвётся из неё от любого сильного чувства. От страха. От гнева. От… желания.
Никому её не доверю. Сам буду учить. Только сам.
Сначала базовые щиты. Концентрация. Придётся быть требовательным. Потому что иного пути нет.
Начать надо как можно скорее. С завтрашнего дня.
Но чтобы это стало возможным, мне нужно вернуть контроль. Сейчас.
Я стремительно вышел из спальни, не глядя на затихающую уборочную суету в гостиной.
Пошёл по коридорам, не видя их, спустился по лестнице и вышел в ночной парк. Влажный, холодный воздух обжёг лёгкие, но не смог остудить огонь в крови.
Тренировочная площадка. Гладко утоптанная земля, столбы для рубки, манекены.
Здесь всё было понятно. Удар. Парирование. Результат.
Руки сами потянулись к тренировочному мечу — тяжёлому, без заточки, такому, каким я орудовал в юности, обучаясь работать им, вместе с магией.
Первый удар по манекену вырвал из груди хриплый рык. Я рубил мечом, добавляя отточенные годами серии магических ударов, вкладывая в каждый взмах, в каждое движение магии всю свою ярость.
Ярость на себя. На свою несдержанность. На тех, кто отнял у меня первый день с женой. На весь мир, что представлял для неё угрозу.
Тренировочная площадка, затянутая защитной сеткой с амулетами и артефактами, поглощала энергию моих ударов.
Плечи горели, спина покрылась испариной, дыхание стало рваным и хриплым.
Но я не останавливался. Я гнал себя до изнеможения, пока мышцы не заныли тупой, знакомой болью, пока сознание не очистилось от всего, кроме простой, физической задачи. Ударить. Ещё. Ещё.