— Конечно-конечно, мы ответим на все вопросы, — поклонившись мне, произнёс он.
Под немигающим взглядом генерала, контролируя свой голос, чтобы он звучал ровно, я начала задавать вопросы. Спрашивала о нюансах управления имением, о правах на наследство.
Юристы отвечали обстоятельно. Рэналф молча слушал.
В одном из моих вопросов, касающемся порядка продажи урожая, я допустила неточность. Прежде чем юрист успел поправить меня, вмешался Рэналф.
— Неяра, — его голос прозвучал спокойно. — Ты имеешь в виду не право первоочерёдной закупки, а преимущественное право покупки. Это разные вещи.
Я вспыхнула, но кивнула ему с благодарностью. Он не стал меня унижать, одёргивать, торопить. Просто поправил. И после этого уже не вмешивался. Мне было приятно это уважительное отношение.
В тот момент, когда я ставила свою подпись, твёрдую и чёткую, рядом с его размашистым росчерком, его взгляд встретился с моим.
В его янтарных глазах горело с трудом распознаваемая мною смесь чувств: одобрение и… гордость?.. смешивались с чем-то темным, жадным, предвкушающим.
Моё тело реагировало на его взгляды, его близость.
Когда он подал мне мне руку и повёл меня из кабинета, меня вдруг перехватило дыхание от внезапной, острой мысли.
Эта деловая атмосфера, это уважение, эти умные разговоры о контрактах, присутствие короля и других людей… Всё это скоро закончится.
Осталась всего лишь короткая церемония. А потом… Первая брачная ночь!
Мысль ошеломила меня, будто кипятком окатили. Вся моя уверенность, всё моё деловое спокойствие, с которым я задавала вопросы юристам, мгновенно испарились, сменившись леденящим, животным страхом.
Я представила его руки — те самые большие, твёрдые ладони, что так уверенно держали поводья и подписывали приказы, — срывающие с меня это роскошное платье.
Не с нежностью, а с той же властной стремительностью, с какой он делал всё остальное.
Я представила его губы. Не те, что церемонно коснулись моей руки, а те, что грубо и властно целовали меня в лесу. Словно наяву ощутила их на моей коже. На моей шее, на моих плечах… повсюду.
Краснея, я представила его мощное, закалённое в боях тело, прижимающее моё, гораздо более хрупкое и неопытное, к огромной брачной кровати в его покоях. Его силу, против которой я ничего не смогу противопоставить.
Меня охватила такая паника, что в глазах потемнело, а я замедлила шаг перед входом в часовню. Внутри всё тряслось, щёки горели. Нет, я не готова! Я не знаю, что делать…
Меня учили всему на свете! Истории, этикету, танцам, даже основам управления имением. В договорах учили разбираться. С честью нести титул графини Кальер.
Но этому… этому не учили никогда. Смутные, отрывочные знания, почерпнутые из шёпота некоторых распутных воспитанниц и случайно подслушанных разговоров служанок, лишь пугали ещё больше.
Близость между мужчиной и женщиной представлялось мне чем-то грубым, болезненным, запретным. Да, я готовилась к свадьбе, думала о себе, как о жене, но всё это казалось таким далёким.
Реальность оглушила меня. Я сейчас выйду за него замуж! За него! За генерала Рэналфа! Первая брачная ночь, с ним, сегодня!
Генерал остановился, глядя на меня сверху вниз, а я опустила голову, не в силах поднять на него глаза.
Мои пальцы дрожали. Он возвышался рядом, ждал молча, не спрашивая о причинах моей заминки, а я всем существом ощущала его рядом, мою узкую кисть в его большой руке.
Генерал… он был таким большим. Таким сильным. Таким опытным. Я слышала истории о его любовницах — самых красивых, самых утончённых женщинах королевства.
Меня обожгло ещё одной мыслью. Как я, невинная и неумелая, могу с ними сравниться? Я лишь разочарую его. Вызову насмешку или, что хуже, раздражение.
Мне стало физически плохо. Живот сжался в тугой, болезненный узел. Горло перехватило.
Понимала, что задерживаю его, задерживаю короля, стою перед входом в часовню, это всё неприлично, но никак не могла заставить себя сделать новый шаг.
Я постаралась дышать глубже, справляясь с накатившей паникой. Весь этот брак, вся эта защита, ради которой я только что так храбро подписывала контракт… Вдруг это всё окажется ловушкой куда более страшной, чем любая другая?
Всё же я подняла глаза на генерала. Он просто стоял рядом, глядя на короля. Даже то, как его рука держала мою, не изменилось.