Несмотря на сопротивление жителей аула, могила была раскопана, «Раскрыв могилу, — пишет далее Алтынсарин, — двое из нас опустились в нее, похороненная была тщательно осмотрена. Оказалось, что покрывало, в которое она была закутана при похоронах (мусульмане хоронят без гробов. — В. Л.), все было изорвано в клочья и забрызгано кровью; руки и голова женщины сплошь исцарапаны, а тело казалось еще теплым. Поместив похороненную в построенную нами палатку, мы ждали день. Однако к вечеру тело стало холодным. Теперь она, очевидно, действительно умерла».
В рассказе «Глушь (Отрывки из дневника учителя)» В. Г. Короленко описал факт религиозного изуверства, о котором он услышал от отставного дьячка Стратилата.
«…Давно это было, померла у меня в ту пору приемная дочь Ариша, по семнадцатому году.
— Ну померла… Поплакали мы с дьячихой, обрядили, отпели, поставили в церковь… Назавтра, значит, хоронить нам ее… Только вечером занадобилось мне в ризницу пройти. Потел я туда, сделал что надо, возвращаюсь назад… Глядь! С нами крестная сила, Аришкино-то место пустое стоит… Свечи горят кругом, гробик открытый… а ее, Аришки то есть, покойницы, — нету!.. Испугался я насмерть, сотворил крестное знамение, да сейчас же из церкви!.. Прибегаю к попу, бужу: «Вставай, отче Иоанне!.. Беда!» Выбежал поп ко мне, рассказал я ему, какая беда случилась: умершего тела нету. Видно, говорю, дело-то нечистое… Побелел поп у меня, как холстинка… «Плохо, — говорит, — обозначает это: смерть всему причту. Мы ее отпели, могилу сготовили. Теперь нам в могилу… в могилу, — в ейнову ложиться…»
Заплакал поп у меня слезами горючими, потому что детей у попа было много, сиротами должны остаться… взяла и меня за Аришу мою злоба! Померла, так уж померла — божья воля!… А она, видишь, ведьма, и в гробу не лежит… «Молчи, — говорю, — отче…»
Взял я ключ в руки, в три фунта ключ был, тяжелый, и пошел опять в церковь. Перекрестился, гляжу: все верно, не привиделось мне: пусто, свечи коптят, нагорели, божия лики смотрят со стен, а покойницы нету… Взял я свечу одну и пошел с нею на паперть. Гляжу: под лестницей-то, под лестницей… сидит она, бледная, уставилась на меня… Господи боже!
Старик вдруг схватился за грудь руками, нагнулся п громко заплакал…
— Стал я супротив ее, стал да и говорю: «Ты это почто же встала? Господь тебе смерть послал, а ты…» И… и ключом ее в темя…»
Да, такие случаи, пусть не частые, производили потрясающее впечатление на суеверных людей. Слухи о них распространялись молниеносно, обрастая страшными подробностями. Но мнению профессора Л. Л. Васильева, именно они породили одно из самых мрачных и нелепых суеверий — веру в реальное существование вампиров, упырей, вурдалаков, которые для поддержания своего полуживого-полумертвого состояния покидают в ночное время могилы и пьют кровь живых людей.
Как врач могу засвидетельствовать, что отголоски этого дичайшего суеверия еще присутствуют в сознании некоторых мистически настроенных людей, о них рассказывают детям, вызывая у последних ночные страхи, кошмары.
Небезынтересно, что это суеверие в период гражданской войны и какое-то время после нес использовали преступники. Они одевали маску, белый саван, к подошвам ботинок прикрепляли пружины и выскакивали из-за кладбищенских оград на дороги, производя шоковое впечатление на запоздавших прохожих, и грабили их. Экипировку «живых покойников» можно увидеть в Ленинградском музее криминалистики.
С развитием психологии и психоневрологии все более сужается круг необычных психических состояний, на которых спекулируют мистики. Но религия отступает с боями, стремясь порой удерживать свои позиции с помощью достижений науки о лекарствах — фармакологии. Об этом и пойдет речь в следующей главе.
Ключи от потустороннего мира
С глубокой древности и до наших дней мистики всех направлений — колдуны, шаманы, прорицатели, маги, йоги, дервиши искали «ключи», которые позволили бы открыть дверь, ведущую в потусторонний мир. Арсенал средств для общения со сверхъестественными силами огромен. К ним относятся рассматриваемые нами в предыдущих главах сенсорная изоляция, одиночество, бессонница, посты, радения хлыстов и т. д.
В этой главе мы расскажем о наркотиках (с их помощью мистики стараются проникнуть в потусторонний мир), а также о необычные психических состояниях, возникающих при их воздействии.
Многочисленные исследования археологов, ботаников, фармакологов и врачей доказали, что растения, содержащие наркотики, использовались людьми еще в каменном веке. Колдуны племен обожествляли их и применяли в магических обрядах.
Чем же вызывалось обожествление наркотиков в глубокой древности?
При приеме наркотиков из группы эйфорических (морфин, кодеин, кокаин и др.) люди испытывают блаженство, легкость, утрачивают критичность. Такое состояние сравнивалось с состоянием пребывания в «раю».
Фантастики (галлюциногены) — мескалин, индийская конопля и другие препараты вызывали «неземные» картины, большей частью необыкновенно прекрасные. Самые заурядные звуки под воздействием галлюциногенов воспринимаются как «божественные» мелодии. Все это и создавало иллюзию существования иного мира и возможность с помощью «божественных» растении проникнуть в него. Вот как описывает американский натуралист Р. Уэссон магический обряд индейцев в одной из деревень Мексики, в котором он принял участие.
Старуха знахарка, съев вместе с участниками обряда большую порцию грибов, содержащих наркотик, произнесла заклинания. Затем она быстро впала в полузабытье и монотонным голосом стала передавать содержание своих видений окружающим. Вскоре у Уэссона также появились галлюцинации. Вначале он видел цветные геометрические орнаменты, которые напоминали орнамент индейских культур, затем различные калейдоскопические картины. К рассвету все участники: «грибной» церемонии крепко уснули.
У инков привычка жевать листья коки, содержащие наркотик — кокаин, считалась не только необходимостью, но и обязательством по отношению к божественным силам. Пережитки старинных предрассудков сохранились и до наших дней. Во многих местах шахтеры, потомки инков, прежде чем войти в забой, выплевывают комочки изжеванных листьев коки, которые жевали в надежде на то, что это облегчит им работу и предохранит от несчастных случаев.
На ритуальных собраниях некоторых индейских племен по кругу пускается сигара из табачных листьев, наполненная марихуаной или другими наркотиками. Поклонение духам происходит под влиянием галлюцинаций, вызываемых совместно вдыхаемым дымом. В Конго и Камеруне существуют и поныне племена, выращивающие коноплю специально для магических обрядов. Примеры можно было бы продолжить и дальше. Но одно совершенно очевидно, что в племенах, стоящих на низких ступенях цивилизации, колдуны в магических ритуалах используют не только устрашающие маски, дикие танцы, но и наркотики.
Одним из наиболее древних письменных документов, где упоминается о наркотических веществах, считается книга «Целебные травы», относящаяся к годам царствования китайского императора Схен-Нуна. Эту книгу, а также несколько легенд о наркотиках в XIII веке привез из своих путешествий по странам Востока итальянский путешественник Марко Поло. Вот одна из них, повествующая о «Старике гор».
Давным-давно старый шейх Хассан ибн Сабах был повелителем земель, простирающихся между Каспийским и Средиземным морями. Часть Персии и часть Турции входили в границы его государства. Те, кто становились на его пути, были наголову разбиты Всех поражала храбрость в бою его воинов. Ему удалось завоевать знаменитую Аламутскую крепость, расположенную на вершине горы с крутыми склонами, недоступную, как считали современники, для простых смертных. Распространялись всевозможные слухи о связях «Старика гор» с всесильными джиннами. Одни считали его колдуном, другие же видели в нем полубога. Не каждый мог стать его слугой или воином. Но тот, кто попадал шейху в услужение, оставался преданным до самой смерти. Как и почему? Никто не знал.
Однажды при дворе Хассан ибн Сабаха появился юноша, известный своей храбростью. Перед тем как показать господину, его пригласили откушать и отдохнуть в дворцовом саду. Незаметно юноша погрузился в глубокий и сладкий сон. Впервые познал он изумительные неземные ароматы, с жадностью вкусил божественные наслаждения, и ему казалось, что он парит, подобно ангелу, в сказочном мире. Юноша был на вершине счастья, но кто-то протянул ему горькое питье, и он внезапно проснулся. Рай исчез, как по мановению волшебной палочки, и юноша стал томиться по утраченному упоению. Вдруг рядом раздался низкий голос «Старика гор»: «Видишь, юноша, в моих руках ключи от сказочного мира, откуда ты только что возвратился. Теперь ты знаешь мою силу. Ты будешь слушаться и следовать за мной. Ты будешь беспрекословно выполнять мои приказания. Ступай!» С этой минуты шейх мог положиться на нового слугу и на верность его как воина.
Из легенды можно сделать вывод, что «Старик гор» добивался полного повиновения окружающих, используя напиток, содержащий сильный наркотик. Ш. Бодлер в книге «Искусственный рай» показал, что в основе этой легенды лежат случаи, действительно имевшие место, когда коронованные особы в древности применяли наркотики для порабощения своих подданных. Но особенно в этом преуспели жрецы древних цивилизаций, когда поняли, какие выгоды можно извлечь из загадочных свойств таких растений, как мак, конопля, кока, белладонна и дурман, не говоря уже о бесчисленных травах, кустарниках и грибах.
Греческий философ Ямбликос в книге «О загадках Египта» пишет, что «всякий раз, когда какое-либо божество являлось кому-нибудь во сне, самых молодых и самых простых людей можно было привести в состояние, позволяющее угадывать намерения божества посредством магических заклинаний и сжигаемых благовоний». Само собой разумеется, что дым, вызывающий способность к толкованию снов, содержал наркотические вещества.
Для прорицательства наркотики умело использовались жрецами Древней Греции. Есть основания утверждать, что дельфийские пифии в храме Аполлона пророчествовали под воздействием белладонны (красавки), содержащей атропин. Само слово «атропин» происходит от имени богини судьбы Антропы, которая согласно мифу обрывала нить человеческой жизни.