Спустя час к нам приехали гости. Я встретила их в гостиной, скромно сделала реверанс, почти не поднимала глаз, отвечала, если обращались ко мне, и молчала, если в моих репликах не нуждались. Обычно благородные девушки ничего не делают сами, полагаясь на служанок, но «ревизорам» нужно было убедиться в моей способности стать прислужницей для потенциального мужа. Так что меня отослали на кухню, откуда я принесла чайник с сервизом, разлила напиток по чашкам, подала гостям, и почтительно застыла, ожидая приказов.
— Неплохо, — снисходительно похвалила самая толстая (и, видимо, самая главная) ревизорша. — А теперь нам нужно поговорить с леди Пальмирой наедине.
С трудом сдержала желание высказаться по поводу их средневековой дикости, но подавила гнев, и провела ревизорш с лекаркой в подготовленную комнату. «Спокойно, Пальмира, ты обещала помочь, чтобы отплатить за доброту Луки Караваджо!» — убеждала сама себя, пока устраивалась на низкой кушетке. Если так посудить, он действительно пожертвовал всем, чтобы позволить сестре начать новую жизнь. Да и Марко с Ислой и детьми стало жалко: лишиться всего из-за отсутствия дочери — разве это справедливо?
— Миледи, расслабьтесь, пожалуйста, — улыбнулась лекарка, и через несколько секунд улыбнулась еще шире. — Девушка чиста.
Ревизорши заметно расслабились, и тоже заулыбались.
— Ну кто бы сомневался, такая милая девушка! А какое добродетельное лицо! А точеная фигура и чистая речь! Обучена обхождению, чтобы ухаживать за своим мужем, и здоровая, пригодная к рождению детей. Будем рады сообщить это королеве-матери, она останется довольна.
По их мнению, они одарили меня самыми лестными комплементами на свете, и, кажется, Марко с Ислой тоже так считали. Они просияли, кланялись ревизорам, пока те не уехали, и в порыве благородности закружили меня в танце. Я же тем временем загоняла слезы унижения: понятно, почему бабушка сбежала в другой мир, лишь бы избавиться от этой ужасной реальности.
— Могу я подняться к себе?
— Конечно, сестра, ступай, отдохни.
Оставшись наедине с собой, подошла к окну, и прислонилась к стеклу разгоряченным лбом.
— Никогда больше не буду смотреть сериалы о королях и королевах! Это же кошмарно, выбирают себе жен, как кобыл на разведение элитной породы. Так жить нельзя, скорее бы вернуться домой!
Глава 8
Демоница в платье
Морай
Когда я спустился к завтраку, за столом уже сидел Максимилиан. Любопытно, обычно он с самого утра спешит к своим друзьям, и не всегда возвращается ночевать домой. Хотя… в доме Караваджо теперь живет молодая незамужняя девушка, брат не может проводить там много времени, иначе скомпрометирует ее в глазах общества. Крепко же он влюбился, раз заботится в первую очередь о добром имени юной леди, а не о собственных желаниях!
Вскоре к нам присоединилась матушка, и пребывала в таком раздумье, что мы с братом одновременно спросили:
— Все в порядке?
Она словно вынырнула из мира грез.
— Да, конечно, просто обдумываю вчерашние отчеты по невестам.
Я оценил уловку: если бы она сама принялась рассказывать — я бы не стал слушать, но ее намек и задумчивость возбудили любопытство.
— И какие прогнозы?
— Из двенадцати девушек три оказались непригодны; у одной из этой тройки обнаружилась подходящая младшая сестра, мы приказали произвести замену. Все остальные с разной степенью оправдали ожидания.
О да, уровень женского коварства порой бывает глубже Северного моря! Мать в общих чертах обрисовала положение, но ни слова не сказала о той невесте, о которой мы с Максимилианом хотели услышать больше всего. Брат сжал столовые приборы, но промолчал, и я решил прийти на помощь:
— В какую категорию попала самая загадочная невеста отбора?
Она многозначительно промолчала, промокнула губы салфеткой, довела до полного отчаяния младшего принца, и светски улыбнулась.
— Если ты имеешь в виду леди Караваджо, ею все остались довольны. Ни одного плохого отзыва.
Максимилиан совершенно неприлично выронил вилку из левой руки, и покрылся густой краской. Зато мать улыбнулась во сто крат хитрее.
— Да-да, никто не ожидал от внучки Эмилии даже снисходительного мнения, а она завоевала похвалы проверяющих. Они отметили ее скромность, покорность, элегантный внешний вид, красивую наружность, достойные манеры и умение прислуживать. Лекарка тоже осталась довольна здоровьем девушки. Так что к отбору она допущена.
Брат невнятно что-то прохрипел, и уткнулся в тарелку. Я же постарался не показывать своей задумчивости, обсудил с матерью детали отбора, и приказал слуге принести мой список с испытаниями.
— Морай, милый, не ожидала, что ты включишься в процесс подготовки! — приятно удивилась мать, но, пробежавшись глазами по листу, недовольно обратилась ко мне: — Ты уверен, что эти испытания для невест? Ладно еще первое, его можно взять за основу, но все остальное больше подходил для воинского отбора!
Невозмутимо пожал плечами.