Я поймал его, раскрыл все темные делишки, и в скором будущем его ждет виселица. Почему бы тогда не облегчить себе участь, не выпросить более мягкое наказание, рассказав мне правду? Он боится, но не меня, а моего врага.
— Сэрвиш, почему ты не молишь о пощаде?
— А вы пощадите? Так просто? И позволите вернуться к моему ремеслу?
— Нет, но я постараюсь защитить того, о ком ты переживаешь. Кто-то, кто тебе дорог, в их руках, верно? Кто за тобой стоит?
Даже в таких обстоятельствах мужчина сохранил лицо. Гордое лицо, полный вызова взгляд, отвага перед лицом смерти — такого человека я поставил бы на высокую должность, не будь у него нутра преступника.
— Думаете, вы способны защитить хоть кого-то? — с презрением спросил он. — Вы давно потеряли контроль, искали не там, где нужно. Паук все это время скрывался не в бедных районах, не в заброшенных подвалах, а в вашем замке. Он оплел сетью и город, и даже вас, ваше величество.
— Кто он? — снова закричал, судорожно перебирая в уме всех советников.
— Мне есть, кого терять, как и вам, верно догадались. Что делает паук с мухой, попавшейся в сеть? Я слишком поздно понял, что являюсь добычей, а не хищником. Всю свою жизнь боролся, вылез из нищеты, сделал много зла, прежде чем стал тем, кто раньше травил меня. И однажды встретил делового партнера из высшего света. Думал, выйду на новый уровень, обогащусь, возьму этого глупца в оборот, возвышусь над простыми преступниками. Каким я был дураком!
— В сотый раз спрашиваю, кто этот паук? Скажи, и твои близкие не пострадают.
— Они не пострадают лишь при одном условии.
Непоправимое случилось прежде, чем я успел отреагировать.
Глава 47
Обнаженная убийца
Максимилиан пришел ко мне не вовремя со своими предложениями и идеями. Пришлось невежливо захлопнуть дверь перед его носом, чтобы не сорвать злость на собственном брате. Глянул на себя в зеркало, и позвал служанку с приказом подготовить для меня купальню. Спустя пятнадцать минут доложили, что все готово, и я помчался туда быстрее ветра, лишь бы смыть с себя кровь Сэрвиша.
Негодяй просто откусил себе язык, и истек кровью.
— Ваше величество! — синхронно присели в поклоне девушки, и тихо вышли из купальни, лишь одна осталась, соблазнительно покусывая губы.
— Можешь идти.
Она нахмурилась, но не сдвинулась с места.
— Позвольте помочь, ваше величество.
Раньше она часто скрашивала мои ночи, и не только ночи, но сейчас было не до служанок. Мало того, что во дворце скрывается мой враг, так еще и все подручные боятся его больше, чем меня. Унижение!
— Кайла, можешь идти.
Однако меня перестали бояться не только враги, но и любовницы: служанка скинула с себя платье, подходя ко мне вплотную. Впервые она стала женщиной в это самой купальне, года четыре назад. Я тогда вернулся после праздника у герцога Олдголда, и не смог отказать себе в удовольствии. С тех пор старался не тащить в постель каждую служанку, тем более Кайла была готова на все в любое время дня и ночи. Только после знакомства с Пальмирой все изменилось: лишь она вызывает во мне желание, а остальные девушки его охлаждают. Видимо, это одно из свойств истинности.
— Вы так устали! — тем временем улыбалась служанка, снимая с меня рубашку. — Я помогу забыть обо всем неприятном. Вам нужно развлечься.
Было бы неплохо, но только с Мирой. Увы, пока мы не женаты, я не могу напугать ее снова, нужно немного подождать, но связываться с Кайлой желания действительно не нашлось.
— В последний раз говорю, ты свободна.
На миловидном лице мелькнула досада, злость, обида. Любопытно, служанка ревнует? Однозначно нужно навести порядок в замке, не только врага найти, но и персонал заменить. Иначе Пальмира будет недовольна.
— Как прикажете, ваше величество.
Она вернулась за платьем, и принялась одеваться, а я прошел дальше в купальню, представляя, сколько жарких ночей здесь ожидается с моей истинной. Пока она боится оставаться со мной наедине, наверное, вспоминает тот вечер, когда проявилась метка, но после свадьбы поймет, как прекрасно быть женщиной.
Полностью погрузился в мечты, рисуя в голове картинки сладкого будущего, и чуть не пропустил злой резкий свист. Увернулся, и едва избежал смерти.
— Сдохни! — крикнула Кайла, целясь из крохотного подобия арбалета.
Молниеносным движением скрылся за колонной. Служанка выстрелила, и каменный осколок пропорол щеку.