— Вот эти. Сзади написаны имена и что мы можем от них получить.
— Наши?
— Не все. Наших три и три принцессы. Присмотришься?
— Обещаю. Именно поэтому ты и остальных не неволил?
— Девочкам я дал выбор, и они его сделали. Это делать детей можно даже в шестьдесят, а рожать лучше раньше, так что сначала я занялся дочками. Твой младший брат… он именно что младший, я на него вообще не давлю.
— Я ценю, что ты мне предоставил выбор.
— Более того, я хочу, чтобы на наших девушек ты посмотрел в спокойной обстановке.
— Отец?
— Приглядись к ним. Не в столице, нет. Тебе завтра дадут дела, съездишь, посмотришь на каждую, потом решишь, кто тебе больше придется к душе. Здесь-то, в столице, они все лебезить будут и льстить. А так… маскировку тебе сделают, да и не будут они ничего такого ждать.
— Хорошо, отец. Я так и сделаю.
— Надеюсь, у тебя все сложится лучше, чем у меня.
— Разве у тебя все так плохо сложилось?
— Не плохо, нет. Но иногда бывает очень тоскливо. Она не вернулась, хотя уже могла бы… я бы смог ее защитить. Теперь бы смог.
— Элина? А дальше?
— Брент. Элина Брент, сынок.
— Я запомню. Так, на всякий случай.
— Можешь и посмотреть, я заказал портрет, у нее ведь была фотография в институте, она, конечно, постаралась их уничтожить, но не все. Все не получилось…
С небольшой фотографии на Дамиана смотрела красивая девушка.
Черные волосы падали на плечи, большие зеленые глаза сияли из-под короткой челки, и столько лукавства было в ее лице, столько жизни… ее нельзя было назвать классической красавицей, тут и лицо сердечком, и слишком высокий лоб, и брови, которые косыми чертами взлетали от переносицы к вискам, но даже на фотографии она производила потрясающее впечатление.
— Я тебя могу понять, отец.
— Даже тебя зацепило? — Риберто смотрел с грустной улыбкой. — А представь, как ее обаяние действовало на меня! Она такая… потрясающе живая, искристая, она светилась и была такой теплой, такой настоящей… она все сделала для меня.
Дамиан задумчиво кивнул.
Да, есть женщины, которые как огонь. Кидаешься без оглядки, а выбираешься калекой. Если вообще сможешь выбраться живым.
А есть и другие. Эта Элина, похоже, и правда любила отца. Любила так, что отказалась от денег, власти, обеспеченности… и чтобы ее нельзя было найти всеми силами Короны? Это действительно серьезно…
— Она сильный маг?
— Десятый уровень.
— Однако! — оценил Дамиан. — И с такой силой столько лет скрываться?
Риберто развел руками.
— А она могла уехать за границу?
— Не знаю, Миан. Просто не знаю. Могла уехать, могла приехать, границу она точно не пересекала, а в остальном…