— Я сегодня открыл шестнадцать ворот, — заявил Расмус. — Нарочно посчитал их. А вон впереди еще одни ворота, правда, они открыты.
— Да, на этой дороге всегда было много ворот, — сказал Оскар.
— Откуда ты знаешь? Ты что, ходил по ней раньше?
— Ходил, много раз.
Они прошли в ворота. На столбе была прибита дощечка с надписью:
— Видно, последним здесь шел скотина, — заметил Оскар. — Давай посидим, полюбуемся природой.
И в самом деле, по другую сторону изгороди раскинулся красивый луг с мягкой зеленой травой и пестрыми цветами.
Расмус притворил ворота, по крайней мере он-то уж не хотел быть скотиной. Оскар сидел на траве среди колокольчиков и ромашек, и Расмус улегся рядом с ним. До чего же приятно было дать отдых усталым ногам!
— Был бы я коровой, я бы стал пастись на этом лугу и ни за что не ушел бы отсюда, — сказал Оскар.
Он задумчиво почесал голову:
— Собственно говоря, странно, что мне не сидится на одном месте, а все тянет бродяжничать. Ведь куда ни придешь, везде одно и то же. Трава, цветы, лес, солнце и луна, дома, которые построили для себя люди. Сам не пойму, почему мне не сидится на одном месте.
— Да, хотя все время идти и идти тоже интересно.
— Но ведь зимой на ногах ногти трескаются, — продолжал Оскар. — Уж лучше жить в доме.
Вот послышался топот копыт и стук колес. Расмус побежал во всю прыть к воротам. Кто знает, может, удастся заработать монетку?
Вот показалась повозка, маленький возок с передним и задним сиденьями. На переднем сиденье сидел один человек.
— Это Нильссон из Стенсэтры, — сказал Оскар. — Хороший крестьянин.
Расмус широко распахнул ворота и низко поклонился проезжавшему крестьянину из Стенсэтры.
— А ты вежливый паренек, — сказал крестьянин и придержал лошадь.
Тут он заметил Оскара, сидевшего на траве у дороги.
— Никак это ты, Оскар? Так ты снова в наших краях? Пора, пора!
Оскар кивнул:
— Да, да, вот я и снова здесь. Может, подвезешь нас?
— Садитесь, подвезу!
Оскар и Расмус быстро уселись на заднее сиденье, и повозка покатила.
— Ты заслужил монетку за то, что открыл мне ворота, — сказал крестьянин и протянул Расмусу пятиэровик.
Расмус покраснел от восторга. В последнюю неделю пятиэровые монетки просто градом сыпались на него, чудеса да и только!
Он украдкой посмотрел на крестьянина. Он показался ему добрым. Вовсе не старый, загорелый, а глаза синие-синие.
— А где ты, Оскар, нашел этого паренька? — спросил крестьянин и показал через плечо большим пальцем на Расмуса.
— Подобрал на дороге, — ответил Оскар. — Он хочет побродить со мной малость.
— А отца с матерью у него нет, которые о нем позаботились бы?